Книга Зацепить 13-го, страница 192 – Хлоя Уолш

— Вот это, – пояснил он, проведя большим пальцем по скуле. – И это, – добавил он, дотронувшись до брови.

Прикосновение было очень нежным, и я дернулась не от боли, а от натянутых нервов.

Джонни убрал руку с моего лица, но остался стоять рядом; так близко, что я видела, как пульсирует жилка у него на шее и как он играет желваками.

— Шаннон, что случилось с твоим лицом?

— А, ты об этом.

Нервно засмеявшись, я забросила волосы за ухо.

Я тут же пожалела об этом, ощутив густую, похожую на сопли собачью слюну, потянувшуюся от волос к пальцам.

Не так уж и плохо выглядеть бездомной, и волосы, мокрые от собачьей слюны, только делают картину реалистичнее.

— Да, об этом, – бросил Джонни, сердито глядя на мою щеку. – Кто это сделал?

— Никто. Младший брат построил башню из лего, я споткнулась о нее и чуть не убилась о кухонный стол.

Я отрепетировала этот текст до совершенства для завтрашнего объяснения в школе, и он без запинки вылетал у меня изо рта с полным правдоподобием.

Я так долго врала о том, откуда у меня синяки и ссадины, что теперь это давалось мне без усилий.

— Надеешься, я в это поверю? – ошарашил меня Джонни.

Я исподлобья посмотрела на него.

Это было хорошее объяснение.

Убедительное.

Почему же он не купился?

— Да, – выдавила я, раздраженная его прямотой. – Потому что так оно и было.

Джонни выгнул бровь:

— Ты правда пытаешься мне внушить, что сама себе поставила синяк?

— И такое бывает, – ответила я, невозмутимо пожимая плечами.

— Обычно нет, – тут же возразил он. – Для такого синяка ты должна на полной скорости врезаться в препятствие, – добавил он, недоверчиво глядя на меня. – Ты убегала? – спросил он. – От чего? Или от кого? – допытывался он, подойдя ближе.

Во мне проснулся инстинкт самосохранения, лица трех младших братьев стояли за моими следующими словами.

— Что ты пытаешься этим сказать?

— Шаннон, я ничего не пытаюсь сказать, – запальчиво возразил он. – Я прошу тебя ответить честно.

— А я и отвечаю честно, – срывающимся голосом огрызнулась я. – Нечего на меня давить! – На глаза навернулись слезы, которые я быстро смахнула. – Боже!

Я чувствовала себя паршиво оттого, что соврала, и особенно оттого, что соврала Джонни. Но не могла же я переобуться на ходу и сказать: «А знаешь, когда мой папочка напивается, он любит избивать меня и швырять из стороны в сторону, как тряпичную куклу».

И в этот момент небеса разверзлись над нами проливным мартовским дождем, и за считаные секунды мы промокли.

Благодарная спасительному дождю, я повернулась и поспешила к машине.

— Не надо, – крикнул мне Джонни. – Не лезь в эту чертову машину.

Я замотала головой и рванула дверцу.

— Извини меня. Хорошо? – Джонни захлопнул дверцу. – Я больше не стану на тебя давить. – Он развернул меня лицом к себе. – Больше не скажу об этом ни слова.

Он протянул руку к моему лицу, но спохватился и вместо этого обхватил свой затылок.

— Ладно?

— Ладно, – судорожно выдохнув, ответила я.

Джонни обрадовался и облегченно выдохнул.

— А теперь давай пойдем в дом?

— Кажется, мне лучше подождать в машине, – промямлила я, едва решаясь поднять на него глаза. – Я не хочу вторгаться в чужой дом, это только мой придурочный брат может без смущения заявляться в чужие дома и требовать еды.

— Во-первых, я тебе не чужой и ты не вторгаешься, – угрюмо возразил Джонни, ежась от дождевых струй. – Во-вторых, я тебя приглашаю к себе домой. – Он провел по мокрым волосам. – Ты же вся промокла. – Он оглядел меня и кивнул на входную дверь. – Я хочу, чтобы ты пошла со мной.