Книга Зацепить 13-го, страница 205 – Хлоя Уолш

— Нет, все… ну короче, все хорошо.

— Хорошо? – вскинула брови я.

Он покраснел, заставив меня покраснеть еще гуще.

Боже мой…

— Мы тут вдвоем, – кашлянув, добавил он. – Мама вернется только утром.

— Тогда ладно.

— Что бы ты хотела съесть? – спросил Джонни, вовремя переводя наш разговор обратно к еде.

— Я не привередливая, – промямлила я, идя за ним к кухонной двери.

На пороге я остановилась, восхищенно разглядывая прекрасную, современно оборудованную кухню.

Она разительно отличалась от остального дома, сохранявшего великолепие прошлого.

— Это хорошо, – ответил на мои слова Джонни. Он стоял возле кухонного острова с массивной столешницей из черного мрамора и смотрел в свой телефон. – Потому что мои кулинарные способности крайне фиговые, а Гибси успел опустошить холодильник.

— Я могу приготовить, – робко предложила я.

— Что? Нет, – быстро отказался он, наградив меня грустной улыбкой. – Ты у меня в гостях и готовить не будешь.

— Да я не против, – ответила я.

— А я против, – сказал Джонни. Он оставил мобильник на столешнице и повернулся ко мне. – Поджаренный сэндвич годится?

— Звучит великолепно, – улыбнулась я.

— Отличный выбор, – засмеялся он. – Потому что выбор был между сэндвичем и хлопьями.

— Можно и хлопья, – согласилась я. – Не возражаю.

— Сыграем по крупному: будем есть то и другое, – подмигнул мне Джонни.

Я не протестовала.

Я была готова проглотить все, что мне предложат.

— Ты пьешь чай?

— Ведрами, – ответила я и снова улыбнулась. – Предпочитаю «Баррис», в пакетиках, с двумя ложками сахара и капелькой молока.

— Выходит, ты чайный человек, а не кофейный, – усмехнулся Джонни.

— Брр! Кофе терпеть не могу.

Джонни снова улыбнулся и кивнул на кухонный остров.

— Садись, – велел он мне, а сам начал рыться в шкафах. – Я суну хлеб в тостер, и пока он поджаривается, мы съедим хлопья.

— Спасибо, – тихо сказала я.

— За что? – спросил Джонни, быстро нарезая хлеб.

— За то, что готовишь для меня, – ответила я, созерцая его спину.

На нем была серая футболка, ткань которой великолепно облегала его широченные плечи.

— Вряд ли можно назвать тосты с ветчиной и сыром настоящей готовкой, – ответил Джонни, ехидно улыбаясь.

— Ну, для меня никто не готовит, поэтому я ценю твою заботу, – сказала я, продолжая стоять в проеме двери. – У нас дома в основном я это делаю.

— Да ну? – удивился он. – Почему так?

— Потому что я единственная девочка в семье, – пробормотала я. – И почти вся уборка тоже на моих плечах.

— Если ты появилась на свет с вагиной, это не должно автоматически привязывать тебя к плите или к гребаному пылесосу. – Он тряхнул головой. – Если бы я вздумал выложить маме эту сексистскую дребедень, она бы мне яйца оторвала.

— Это очень здравый подход к жизни, – сказала я, воодушевленная его словами.

— Это единственный подход к жизни, – поправил меня Джонни. – Мы живем в двадцать первом веке, а не в восьмидесятые годы прошлого.

Он сунул сэндвичи в тостер и снова повернулся ко мне.

— Шаннон, садись, – мягко предложил он. – Все в порядке.

— В порядке?

Подойдя к столу, я выдвинула один из стульев и покраснела от смущения, потому что на сиденье мне было не забраться.

Я попыталась еще раз и позорно проиграла.

— Можно его как-то опустить?

Я знала, что не вышла ростом, но такие высокие стулья видела впервые.