Книга Зацепить 13-го, страница 335 – Хлоя Уолш

— Боже! – воскликнула я. – Тебе же было всего десять! Ты мог умереть.

— Сейчас-то мне побольше, – печально улыбнулся он. – И сломать меня труднее.

— Да. – Я крепко стиснула его руку. – Теперь тебе побольше.

Джонни показал еще несколько своих боевых ран. Каждая вызывала у меня стон и оторопь, а он лишь усмехался.

Главное, разговор отвлекал его от боли, чему я только радовалась.

Его плечи уже не напрягались. Мы говорили, и напряжение в его теле продолжало спадать.

— А в четырнадцать я раздробил себе скулу, – сказал Джонни, наклоняясь ко мне. – Видишь? – Он указал на тонкую серебристую линию в верхней части левой щеки. – Сейчас шрам почти не виден, а тогда болело жутко.

— Представляю, – ответила я, разглядывая шрам. – Я его даже не замечала. – Не удержавшись, я потянулась и провела пальцем по его брови. – А почему в этом месте у тебя всегда кровоточит?

— Не было возможности залечить до конца, – пояснил он, замерев от моих неуместных прикосновений. – Когда сезон кончится, все зарастет.

— Понятно, – прошептала я, пытаясь найти на его лице еще какие-то малозаметные следы травм на поле.

Когда наши глаза снова встретились, я обнаружила, что он внимательно смотрит на меня.

— Игрок Ройса ударил тебя туда? – Кивком я указала на бедро, прикрытое полотенцем. – И ты потерял сознание?

Джонни неохотно кивнул.

— Можно посмотреть? – едва слышно спросила я.

Он напрягся.

— Ну пожалуйста.

Он медленно покачал головой:

— Шаннон, вряд ли это хорошая затея.

— Ну пожалуйста, – повторила я, нервно глядя на него. – Я ведь знаю, что́ там. И ты показал мне остальные.

— Вид ужасный, – угрюмо ответил он. – Поверь, тебе не захочется на это смотреть.

— Ты можешь мне доверять. Я никому не скажу.

Джонни долго смотрел на меня, потом тяжело выдохнул. Он опустил плечи, руки повисли по бокам, но по-прежнему ничего мне не показывал.

— Можно? – спросила я.

Он закрыл глаза и напряженно кивнул.

Я поняла: он все-таки позволил мне делать то, что я хочу.

Дрожащей рукой я приподняла полотенце и на внутренней стороне правого бедра увидела свежий шрам с наложенными швами.

Само бедро распухло и стало пурпурным. Трусы частично скрывали зловещий шрам, который все еще кровоточил.

— Боже мой, Джонни, – произнесла я, едва ворочая языком, и сползла со скамейки на пол, чтобы лучше рассмотреть его травму.

— Не задень, а то еще больнее будет, – предупредил он.

Каким же беззащитным он был сейчас, я почувствовала это по голосу.

— Не задену, – пообещала я.

Я стояла на коленях у него между ног и ждала его позволения.

Еще один напряженный кивок. Джонни запрокинул голову, закрыл глаза и стиснул зубы.

Я осторожно взялась за край боксеров, приподняла и едва не вскрикнула.

Его бедро покрывали волосы за исключением шестидюймового участка кожи.

И этот шестидюймовый участок был воспален и имел жуткий коричневато-желтый оттенок.

— Рана гноится, – прошептала я, проводя пальцами по бугристой, неровной кромке шрама, на который врач вторично наложил швы. Прежние, едва успевшие зарубцеваться, были разорваны шипами бутсы игрока Ройса, ударившего Джонни в пах. Гной, вытекавший из раны, был красновато-желтого цвета. – Джонни, это плохо.

— Знаю, – коротко ответил он, не открывая глаз. – Врач мне говорил.

Я осторожно потрогала шрам и кожу вокруг него.