Книга Зацепить 13-го, страница 355 – Хлоя Уолш

Я смотрел на отца.

Неужели он…

— Да, я осведомлен о том, что происходило между вами в раздевалке, – с усмешкой сообщил отец. – Твой тренер подробно рассказал мне о компрометирующем положении, в каком он застал вас.

— Предатель гребаный, – проворчал я.

— Джонни, он твой учитель, он обязан сообщать о подобных случаях. У него просто не было иного выбора. Это обязательно.

— А ее родители?

— Думаю, они осведомлены о ситуации.

— Только этого не хватало, – поморщился я.

Отец тяжело вздохнул:

— Полагаю, у нее тоже будут проблемы из-за того, что она ускользнула в больницу.

— Черт! – Я уронил голову, игнорируя обжигающую боль в ногах. – Черт, пап, я вел себя с ней как мудак, когда проснулся.

— Так исправь это, – спокойно посоветовал он.

— Ты не понимаешь, – выдавил я, чувствуя себя последним дерьмом на планете. – Я запаниковал и вывалил это на нее, а она такая хрупкая. Пап, она такая… А я так…

— Так ее любишь? – усмехнулся отец. – Да, Джонни, мы все об этом знаем. Утром ты орал об этом во всю мощь легких.

— Дерьмо-о-о-о! – простонал я. – Она испугалась?

— Не знаю, как Шаннон, а мама очень испугалась, – засмеялся отец. – Особенно когда ты заявил ей, что Шаннон станет матерью твоих детей.

— Боже мой, – заскулил я. – Почему вы меня не остановили?

— Не смогли, – ответил он. – Ты успокоился, только когда Шаннон осталась с тобой. Ты заснул в ее объятиях.

Оххх.

Исусе.

— Пойду выпью кофе и посмотрю, как там твой лучший друг, – сообщил отец, вставая со стула. – Можешь выполнить мою просьбу? Когда вернется мама, постарайся ее успокоить. – Он хмыкнул. – Кое-какие из твоих бредовых откровений потрясли бедную женщину.

— Я вообще ничего не помню, – простонал я. – Все как в тумане.

— Ты, может, и не помнишь, – сказал отец, открывая дверь. – А она запомнит на всю жизнь.

Я дождался, пока отец уйдет, и потянулся за мобильником.

Мой отец.

Мой отец.

Я слышал, как Шаннон произносила эти слова. Почему она их произносила?

И почему сердце говорит мне, что это важно?

Черт, должно быть, мне вкатили что-то до хрена мощное, что-нибудь из препаратов класса А.

Сосредоточься, Джонни.

Вспоминай.

Я листал список контактов, собираясь позвонить ей и извиниться, но раздраженно отбросил телефон, вспомнив, что у меня нет ее номера.

Но даже если бы и был, я бы не смог ей позвонить.

Потому что ее отец отобрал у нее телефон.

Мой отец.

Мой отец.

Что я упускаю?

ШАННОН

Я не хотела возвращаться домой.

Но знала, что придется.

Я не хотела, чтобы меня избили.

Но знала: этого не избежать.

Худо-бедно, но я приняла свою судьбу.

Я знала, что другого выхода нет.

И потому я не удивилась, когда первым, что встретилось мне субботним вечером дома, был отцовский кулак.

Удар такой силы, что вышиб воздух из легких. Я рухнула на пол в коридоре.

— Так и знал! – зарычал отец, возвышаясь надо мной. Глаза у него остекленели. От него разило виски. – Знал, что ты шлюшничаешь, – бушевал он. – Говорил твоей матери, а она мне не верила.

Я не успела ни ответить, ни заслониться. Отец наклонился, зажал в кулак мои волосы, рывком поставил на ноги и потащил в кухню.

— Отпусти! – крикнула я, царапая его руку, вцепившуюся в мою голову. – Хватит!

Вот и все.

Наступил день твоей смерти.

— Мелкая потаскушка, – рычал отец.