Онлайн книга «Удержать 13-го»
|
Когда две команды трусцой выбежали из раздевалок на поле, толпа в баре начала сходить с ума. Это казалось нереальным. Он был там. На экране телевизора. Номер тринадцать. Сердце билось так сильно, что пришлось прижать руку к груди, чтобы успокоиться. Клэр стиснула мои пальцы в знак поддержки. — Просто дыши, – посоветовала она, понимающе улыбаясь, и я была ей благодарна за физический контакт. Мне нужно было за кого-то держаться. — Давай, Кэп, вперед, ты легенда! – воскликнул Гибси и поставил на стол три бутылки колы – для Лиззи, Клэр и меня, а потом и свои полпинты пива; его глаза при этом не отрывались от телевизора. Откровенно лопаясь от гордости, он тряхнул головой, улыбаясь себе под нос. А потом из динамиков зазвучал «Ireland's Call»[43], и у меня по спине побежали мурашки. Ох господи… Вот оно, началось. Началось! Камера по очереди нацеливалась на игроков, и когда она остановилась на Джонни, шум в баре снес шкалу Рихтера. Старики победоносно колотили кулаками по барной стойке, прославляя героя своего города. Мужчина, которого Джонни называл Толстым Пэдди, в прямом смысле слова танцевал на столе вместе с владельцем бара. Фили обхватил голову руками и в полном благоговении таращился на экран. Хьюи орал изо всех сил, аплодируя другу. Остальные члены команды превратились в настоящих берсерков. Это было безумие. «– Однажды и я там буду, – заявил Джонни, кивнув на экран. – Шаннон, однажды я войду в национальную сборную. — Знаю, – ответила я, веря каждому его слову. Закусив губу, я повернулась к нему и сказала: – Когда станешь богатым и знаменитым регбистом, не забудь про меня». Качнув головой, чтобы прогнать воспоминания, я сосредоточилась на игре, развернувшейся на экране, и весь матч ни на секунду не сводила взгляда с тринадцатого номера. За три минуты до финального свистка Ирландия проигрывала три очка. Сдвинувшись на краешек стула, я грызла ногти, вздрагивая и морщась каждый раз, когда происходила атака. Ирландия вернула себе мяч на пятиметровой линии фиджийцев, и толпа на трибунах хором взревела «The Fields of Athenry»[44]. Сердце ожило и по венам понесся адреналин, когда я увидела Джонни около участников схватки[45]. Прорвавшись сквозь оборону фиджийцев и их пятиметровую линию, Джонни обошел их восьмого номера, потом пробился вперед, перехватив инициативу у соперника, запоздавшего лишь на секунду. Держа мяч в вытянутых вперед руках, он рухнул, приземлив снаряд за зачетной линией противника. Это была последняя игра соревнований, и мы победили. Мы победили, и он возвращается домой… В баре случилось извержение маниакального безумия. Гибси перепрыгнул через стол, сбивая стаканы, и кинулся обниматься с товарищами. Я вскочила, хлопая в ладоши так сильно, что подумала, не сломаю ли руки. Не отводя глаз от экрана, я видела, как оператор приблизил улыбающееся лицо Джонни и как мужчины, которых он боготворил, окружили его и поздравляли. По щеке сползла слезинка: я смотрела на парня, бесчисленное множество раз спасавшего мою жизнь, – наконец-то он получал награду, которую более чем заслужил. Он добился… — Мне нужно пописать, – заявила Клэр, вскакивая. – Шан, пойдешь со мной? Мне, вообще-то, не нужно было в туалет, я хотела быть здесь и смотреть на улыбку Джонни, огромную, как сама жизнь, – но я нехотя согласилась, позволив лучшей подруге утащить меня из бара в дамскую комнату. |