Книга Изменить 6-го, страница 149 – Хлоя Уолш

— Моллой, ты все неправильно поняла. Никто никого не потеряет. Я люблю тебя. И никуда от тебя не денусь. — Джоуи погладил мои плечи, и сердце дрогнуло от его нежных касаний, которые резко контрастировали с безжалостными, колючими словами. — Я только прошу... не сердись, пока я разгребаю свое дерьмо единственным известным мне способом.

— Тебе известны и другие способы, — с горечью напомнила я. — Более эффективные.

Где не нужно играть со смертью и страдать.

— Ладно. — Поморщившись, Джоуи вздохнул, избегая моего взгляда. — Единственным надежным способом.

— Значит, ты даже не попытаешься, — пробормотала я, раздавленная его разительной переменой. Категорическим нежеланием хотя бы попробовать. — Даже не соврешь и не притворишься, что снова стараешься?

— Я стараюсь, — звенящим от напряжения тоном заверил Джоуи. — Буду стараться обязательно. Я все улажу, Моллой, поверь. Просто... мне нужно время.

— Время, чтобы закидываться наркотой со своими приятелями-торчками?

— Нет, — отрезал он. — Такого больше не повторится, клянусь.

— Не повторится? — Я всхлипнула и вытерла скатившуюся слезинку. — Джо, если ты снова употребляешь, значит оно уже повторяется.

— Моллой.

— Ты меня любишь?

— Знаешь же, что люблю.

— Тогда завяжи, — взмолилась я, касаясь его щеки. — Завяжи, Джо, ради всего святого.

— Хорошо, завяжу.

— Нет. — Я покачала головой и отстранилась. — Не в будущем времени, а здесь и сейчас.

— Моллой...

— Ты загоняешь меня в угол, — выдавила я. — Не оставляешь выбора.

— И в мыслях не было.

— В мыслях, может, и не было, но получается именно так, — отозвалась я, презирая себя за умоляющие нотки. — Вчера ты обвинил меня в том, что я манипулирую твоими чувствами, а сегодня сам это делаешь.

— Неправда, — нахмурился Джоуи.

— Нет, правда, — хрипло возразила я. — Подумай, как мне поступить в этой ситуации? Уйти? — Я в отчаянии всплеснула руками. — У меня нет ни единого козыря в рукаве. В итоге мне остается сидеть и смотреть, как ты убиваешь себя. Вариант уйти даже не рассматривается, потому что я, блин, слишком тебя люблю.

— Обещаю, на сей раз все будет по-другому, — уверял Джоуи, не желая признавать очевидную истину и скармливая мне очередное вранье, каким он подавлял здравый смысл. — Потерпи буквально пару-тройку недель. Пару недель, Ифа, не более. А потом я завяжу.

— Все, Джо, надоело. Это бессмысленный разговор. — Совершенно измотанная, я схватила с пола рюкзак. Дальше выяснять отношения не было сил, сердце не выдерживало после нанесенного ему сокрушительного удара. — Нам пора в школу.

55

ТЫЧИНКИ, ПЕСТИКИ — И ДУБЛИНЕЦ

ДЖОУИ

— Ты что здесь делаешь? — удивилась Шаннон, заглянув в среду днем в свою спальню, где я наслаждался редкими минутами покоя, пока все свалили из дома.

— Шон надул мне на постель, — пояснил я и, выпустив облачко дыма, снова уставился в потолок. — А белье в стирке.

— Ясно. — Сестра уронила на пол рюкзак, сбросила туфли и шагнула к кровати. — Двигайся.

Я перекатился к стене, подсунул руку под голову, и Шаннон плюхнулась рядом на узкий матрас.

— Время обеда, Шан. Ты почему не в школе?

— Кто бы говорил! — Она ткнула меня худеньким локтем в бок и передразнила: — Время обеда, Джоуи. Ты почему не в школе?

— Меня выселили в конуру.

— Ифа?

— Ага.

— Это травка?