Книга Невеста Волка, страница 21 – Зоя Берг

— Я смотрю на людей, — почти рычит, — как на тех, кем они являются. Большинство лжет, часть боится, единицы умеют держать удар. Ты, кажется, из последних.

— Какая честь, — пищу.

— Не честь. Работа.

— А если я откажусь?

— Не откажешься.

— Откуда такая уверенность? — таращусь.

Его взгляд скользит по моему лицу — медленно, без спешки, так, будто он уже владеет не только домом, кабинетом и каждой цифрой в этих папках, но и моим следующим вдохом.

— Потому что тебе скучно, Марго. Потому что ты слишком умна, чтобы сидеть в золотой клетке и не искать замок изнутри. И потому что, если уж кто-то и будет разбираться в моем доме, я предпочту, чтобы это была ты, а не очередная послушная тень.

Я сглатываю. Это ужасно, но я понимаю, что он прав. Я с ума сойду от безделья.

— А если я найду что-то неприятное? — спрашиваю.

— Принесешь мне.

— Даже если это касается твоего сына?

— Особенно если это касается моего сына.

Вот так. Спокойно. Без придыхания. Без колебаний.

Отец года. Золотая коллекция.

Я закрываю глаза. Но все равно чувствую, как он сверлит меня взглядом.

— Ты либо безумец, — шепчу, так и не открывая глаз. — Либо очень самоуверенный человек.

— Одно другому не мешает, — шепчет в ответ.

Я открываю глаза. Он так близко. Так ужасающе близко. Но мне… мне не страшно?

— А если… если я решу использовать доступ не так, как тебе понравится?

Он наклоняется к самому моему уху. Тепло его дыхания касается кожи, и мой организм, предатель чертов, реагирует первым.

— Тогда, Марго, — произносит Влад совершенно ровным тоном, — я наконец перестану гадать, на чьей ты стороне.

Он легко касается щекой моей щеки — на долю секунды, не больше — и выпрямляется. Отходит к столу. Как будто ничего не было.

Но я еще чувствую тепло. Там, где его кожа касалась моей.

— Разговор окончен, можешь идти, — произносит, не оборачиваясь. — Мария Петровна покажет тебе кабинет рядом с библиотекой. Теперь он твой. К вечеру хочу видеть от тебя первый список вопросов по дому. А завтра утром — план по приему и по фонду.

Я встаю. Беру папку. Пальцы ледяные.

Внутри — все горит.

И это очень, очень плохо.

У двери я оборачиваюсь.

— Влад.

— Да? — поднимает глаза от бумаг, в которые видимо уже успел погрузиться. — Если ты уже все решил, зачем тогда спрашивал про Антона?

Он смотрит на меня долго. Слишком долго для простого ответа.

— Потому что, — говорит он, — мне было важно понять. Не его. Тебя.

И вот это, конечно, звучит гораздо хуже, чем любая прямая угроза.

Я выхожу из кабинета, прохожу по коридору, не чувствуя ковра под ногами, и только у окна, в полосе холодного света, решаюсь снова открыть папку.

Первый раздел. Расходы дома.

Второй. Фонд.

Третий. Дополнительные платежи по личному распоряжению Влада.

Я переворачиваю страницу.

И на первой же строке вижу знакомую фамилию.

Антон Волков.

Ниже — сумма.

Такая, что у меня на секунду темнеет в глазах.

А под ней короткая пометка, сделанная от руки: «Последний раз».

Мое дыхание сбивается. Так волчонку отказали в корме? И он решил сожрать меня⁈

Кабинет рядом с библиотекой оказывается не кабинетом, а аккуратно замаскированной попыткой подкупить меня комфортом. Большой стол. Лампа с теплым медовым светом. Темно-зеленые стены. Книги, от которых пахнет пылью, кожей и чужими деньгами.