Онлайн книга «Серпентарий»
|
Он жадно обводил взглядом распростертую перед ним Нуру: она неосознанно раздвинула ноги, задранная футболка открыла вид на все ее прелести, и одна из грудей блестела от еще невысохшей слюны Уробороса. Пташка прерывисто дышала, глядя сквозь приоткрытые веки. Она проснулась, но по какой-то причине не спешила отталкивать своего Змея. Он не сдержал улыбки, обводя пальцами клитор и вызывая все новые сладострастные песни. — Ты такая мокрая для меня, – хрипло проговорил Уроборос, ловя сонный взгляд серебряных глаз. Нура задышала чаще, выгнувшись навстречу его руке. Он вжался пахом в ее бедро, медленно вводя палец внутрь тесного влагалища. В пространстве задрожал вскрик, а под рукой трепетала Пташка. Она почти сразу двинула тазом, позволяя пальцу войти глубже, и протяжно застонала, когда Уроборос прижал другой к клитору. — Ты ведь хочешь кончить с моими пальцами внутри? – Голос его почти осип от возбуждения. — Пожалуйста, – выдохнула Нура, впиваясь в простыни. — Не так быстро, Пташка. – Он ощерился, настойчиво толкаясь внутрь, чувствуя, как сжимаются стенки влагалища, и вытащил пальцы, поднеся их к ее губам. – Покажи, как сильно ты нуждаешься в них… Она на мгновение замешкалась, но вскоре ее Змей зарычал, наслаждаясь теплом чужого влажного рта. Маленький язычок всего с одним округлым кончиком водил по коже Уробороса… — Ну же, Пташка, постарайся, постарайся. Нура застонала, посасывая его пальцы и довольно причмокивая. — Умница, – оценил он, пытаясь сохранить самообладание и не навалиться на нее сверху, толкаясь в узкое влагалище членами. Вместо этого Уроборос положил ладонь между ее бедрами, проникая внутрь влажными от слюны Пташки пальцами. Он склонился к ней, целуя обнаженную кожу, обводя языком затвердевшие соски. Вкус Нуры опьянял сильнее алкоголя, он вызывал привыкание, пропитывая тело и душу Уробороса. Он нуждался в ее аромате, в ее тепле и в ее нежности. Он был ею одержим, он был зависим. Эта любовь походила на безумие, но Уроборос не собирался останавливаться. Он научится любить Нуру так, как она захочет, и он заставит ее полюбить сломанного мальчика со змеиной силой. И Пташка будет петь ему своим сладким голосом. Она будет петь о страсти, как сейчас, она будет петь о покое, она будет петь о любви… — Ну-ра, – шептал Уроборос, трахая ее своими пальцами и лаская клитор. Он ощущал нарастающую пульсацию внутри Пташки, пока она наконец не вскрикнула, сжимая его руку в тисках своих бедер. Спустя пару секунд она уже обмякла на матрасе, тяжело дыша и моргая. В ее взгляде появлялся стыд и страх, как и в прошлый раз… — Доброе утро, – поприветствовал Уроборос, пряча за усмешкой вожделение и благоговение по отношению к своей податливой Пташке. Его члены все еще вжимались в ее горячую кожу, и он едва сдерживался от того, чтобы не потереться об Нуру… — Т-ты… Ее щеки очаровательно порозовели, она опустила футболку, откинула чужую руку и вскочила, влетая в сандалии. Не застегивая их, она выпорхнула из комнаты, оставляя своего возбужденного Змея наедине с его голодом. Правда, вскоре она вернулась, не глядя в его сторону, забрала пакет с купленной для нее одеждой и снова вышла. Дверь в ванную хлопнула. Видимо, Пташка ушла чистить перышки. Уроборосу тоже нечего разлеживаться. Он сжал члены, быстро доводя себя до желанной разрядки, а затем поднялся, натянул штаны и обулся. |