Книга Мой бывший за 500 золотых, страница 84 – Кира Эро

Но он не успел сделать и трёх шагов, когда услышал их — шорох множества ног, едва различимое дыхание. Из темноты провала начали появляться фигуры, окружая его тесным кольцом.

Вериан насчитал восемь. Нет, девять. Все в тёмных одеждах, все вооружены. Их лица были закрыты капюшонами, но он узнавал движения, стойки. Бойцы матери. Обученные убивать.

Сердце забилось бешено. Адреналин ударил в кровь, обостряя чувства до предела. Каждый звук, каждое движение становились невыносимо яркими.

Они атаковали одновременно.

Вериан дрался, как одержимый. Магия текла сквозь него неконтролируемым потоком, замораживая, отбрасывая, сковывая. Он не думал — действовал инстинктивно, на уровне рефлексов, выработанных годами выживания в подземелье. Уклонение. Блок. Контратака. Снова и снова.

Один противник рухнул, покрытый льдом. Второй. Третий попытался отступить, но Вериан был быстрее — ледяной шип пронзил его грудь, прежде чем тот успел издать звук.

Но их было слишком много. Они давили числом, отрезая ему пути к отступлению. И при этом — странно — не пытались затащить его в провал. Не пытались схватить живым. Они просто держали его здесь, не давая подойти к краю тоннеля.

Почему? По идее, они должны были тащить его в подземелье, к матери. В этом был весь смысл. Зачем тогда всё это?

Вериан уклонился от очередного удара, заморозив нападавшего на месте, и бросил взгляд на провал. Тёмная дыра зияла в земле, но что-то в ней было не так. Края были слишком неровными. Слишком свежими. Это не был тоннель, выкопанный за недели или месяцы. Это было нечто, созданное наспех. Яма. Огромная, пугающая яма, предназначенная для одной единственной цели — устрашения.

Его мать блефовала. У неё не было тоннеля. Не было армии под городом. Только эта дыра и горстка бойцов. Облегчение смешалось с яростью, обжигая изнутри. Она играла. Пугала. Рассчитывала на его страх, на панику города.

И даже брат был брошен для того же – психологически подорвать, не убить, но сломать.

Вериан расправился с последним нападавшим, замораживая его так же, как и остальных. Тишина опустилась на улицу, нарушаемая только его тяжёлым дыханием и редкими выкриками стражи вдалеке.

Он стоял среди ледяных статуй, чувствуя, как усталость навалилась свинцовой тяжестью на плечи. Руки дрожали от перенапряжения магии. Во рту пересохло. Но главное — город был в безопасности. Айви была в безопасности.

И вдруг он услышал это.

Женский визг — короткий, отчаянный - от дворца. Вериан замер, и весь мир сузился до этого единственного звука.

— Айви! — вырвалось из его груди, и он побежал, не чувствуя ног, не чувствуя ничего, кроме леденящего ужаса.

Нет. Только не она. Только не сейчас.

Айвиэль

Я открыла глаза и увидела темноту. Не обычную ночную тьму, в которой можно различить хотя бы контуры, а абсолютную, плотную, словно кто-то натянул на лицо черный бархатный мешок. Но при этом я чувствовала пространство вокруг — огромное, с высокими сводами, эхо которых отдавалось где-то далеко наверху.

Голова раскалывалась. Виски пульсировали так болезненно, что каждый удар сердца отдавался за глазницами. Во рту был мерзкий металлический привкус, как будто я лизнула ржавую монету.

Я попыталась вспомнить, что произошло.

Слуга принёс воды.

Я пила, стоя у окна, слушая, как герцог обсуждает с Миерой что-то о тоннеле. А потом… потом стража начала падать. Один за другим, как подкошенные. И я поняла, что это яд, но было уже поздно. Мир закачался, ноги подкосились, и последнее, что я помню, — собственный вскрик и ощущение падения.