Книга Ловелас. Том 4, страница 107 – Илья Взоров

Риэлтор протянул мне руку. Я её пожал.

— Поздравляю, мистер Миллер. Это очень хорошее вложение ваших денег!

— Я не сомневаюсь.

«Поместье Ловелас», — подумал я про себя, поглядев на каменную ограду напоследок.

Звучит неплохо.

Когда мы с Полли подъехали обратно к редакции — на тротуаре перед нашим зданием снова была толпа.

Сначала я подумал, что вчерашний косяк Берни с объявлением в газетах продолжает приносить плоды и к нам снова подтянулись потенциальные модельки. Через секунду понял — нет, состав другой. Не девушки в выходных платьях с портфолио. Суровые люди, в основном пожилые мужчины и женщины преклонных лет, с плакатами. И полиция уже стоит вдоль входа.

Заехать во внутренний двор было нельзя — возле ворот возились рабочие, монтировали механизм, который будет автоматически их открывать по кнопке из пункта охраны. Поэтому я попросил водителя остановиться возле обочины и бибикнуть. Почти сразу к нам вышли Хэнк и Гвидо с двумя итальянцами. Они сделали небольшой коридорчик, оттеснив народ. Который завидев нас начал скандировать «В тюрьму!».

Пока шли, я успел прочитать на ходу несколько плакатов: «ГРЕШНИК!», «ЗАПРЕТИТЬ ЛОВЕЛАС!», «МИЛЛЕРА К СУДУ». Увы, сторонников журнала не наблюдалось вовсе. Надо дернуть Рейчел и Кристи, чтобы привели своих студентов…

— Это, видимо, отголоски второго номера, — сказал я Полли. Та согласно кивнула.

Внутри я почти сразу наткнулся на Аарона. И на сей раз у него на лице была радостная улыбка:

— Кит. Тебе сама богиня удачи ворожит сегодня.

— Аарон. Какая удача? У меня под окнами аж три пастора и ассоциация матерей.

— А вот пойдем в кабинет. Сейчас подниму тебе настроение.

* * *

В кабинете я сел за стол, потянулся. Долли уже несла очередной кофе — мне и юристу. Аарон поразглядывал новый откровенный наряд секретарши, примостился напротив, открыл портфель и достал два конверта — один тонкий, белый, второй потолще, в коричневой обёртке.

— Тонкий — из Сакраменто. Толстый — из Далласа. Угадай, какой хороший, а какой плохой.

— Тонкий — от Калифорнии. Они с нами мирятся?

— Угадал! Штат предлагает нам мировое соглашение. Двадцать тысяч долларов компенсации без признания вины с их стороны, плюс подписание соглашения о неразглашении сторон, плюс отзыв всех претензий. И как принято в подобных случаях — короткая обтекаемая формулировка для прессы, что-нибудь типа «стороны достигли взаимоприемлемого урегулирования».

— А Техас?

— Техас идёт в ровно противоположном направлении. Они не только не мирятся — они переходят в контратаку. Через окружного прокурора Далласа подали встречный гражданский иск: за нарушение деловой репутации штата, плюс ещё за оскорбление общественной нравственности, плюс за намеренное провоцирование политических разногласий через рассылку через почту своей продукции на территорию штата. Сумма гражданского иска — триста тысяч долларов и постановление о запрете на дальнейшее распространение журнала в Техасе.

Я медленно поставил чашку на стол.

— И какие наши шансы?

— Стопроцентные. Они напрягаются по одной простой причине: у Хёрстов в Далласе плотная дружба с местной прокуратурой, через нефтяных партнёров клана Бушей. Старший Буш — Прескотт — банкир, голосует за Эйзенхауэра, дружит с Хёрстом, у него с младшим сыном Джорджем сейчас как раз дела в техасской нефти. Это юг, у них там другие правила. Поэтому они ринулись в новую атаку.