Книга Искатель - 20, страница 21 – Сергей Шиленко

Закутанная в плотное зимнее пальто и плащ, она продиралась сквозь колючие, покрытые инеем ветки в самую гущу тёмных зарослей. Я покорно шагал следом, чувствуя, как ветки царапают плечи. Мы вышли на крохотную полянку, куда не пробивался даже свет костров, а шум лагеря превратился в едва различимый глухой гул. Здесь нас никто не мог услышать, если только не закричать во весь голос.

Оказавшись на месте, жрица смахнула ногой верхний слой снега и аккуратно расстелила на мёрзлой земле принесённые толстые одеяла. Усевшись на них, она похлопала ладошкой по месту рядом с собой. Морозец пощипывал щёки, изо рта вырывался пар. Я грузно опустился рядом, чувствуя, как ноют напряжённые мышцы. Мия, всё также не проронив ни звука, мягким, но настойчивым движением притянула мою голову к себе на колени.

Я глубоко вдохнул, впитывая знакомый запах, тонкий аромат весенних цветов, который всегда сопровождал её даже в этой промёрзлой ледяной глуши. Прохладные тонкие пальцы заскользили по моим волосам, нежно перебирая жёсткие чёрные пряди и массируя кожу головы.

— Ты поступаешь верно, что держишься молодцом перед лагерем, Артём, — тихо произнесла она, нарушив тишину. — Люди должны черпать мужество из твоей силы, мой любимый, так правильно. И быть сильным ради семьи — тоже правильно. Твоя уверенность в себе, твоя стальная решимость перед лицом кризиса… Ты держишь нас всех, словно стержень, вдохновляешь идти дальше.

Она низко наклонилась, так, что прядь её волос пощекотала мою щёку, и нежно поцеловала меня в макушку.

— Но я не стану думать о тебе хуже, если ты покажешь свою уязвимость. Я вижу твоё сердце, Артём, и люблю тебя именно за него, — она сдвинула ладонь и положила свою маленькую ручку мне на грудь, прямо туда, где тяжело ухало сердце. Тепло от ладошки проникло сквозь кожу, плавя ледяную корку, в которую я запрятал своё горе, и в горле внезапно встал жёсткий ком, а на глазах против воли вскипели слёзы.

— Скорби, моя любовь, — прошептала она мне в самую макушку. — Скорби. У тебя отняли любимую женщину и твоего новорожденного сына. Ты потерял верного боевого спутника, питомца, ставшего частью нашей огромной семьи. Ты потерял дом, Артём, в который вложил всю душу, каждый камень которого закладывал с мыслью о том, как мы будем стареть в нём в окружении детского смеха. Тебя предала женщина, которой ты всецело доверял. Тебя вынудили бросить всё и увести нас в изгнание, в снежную пустыню, и теперь ты стоишь в авангарде казалось бы безнадёжной войны против всесильного врага, которого мы даже не можем найти.

Её голос предательски дрогнул, и эта крошечная слабость богини резанула по моему сердцу острее любого ножа.

— Знаю, насколько тебе тяжело, насколько горько и больно, — продолжила Мия, гладя меня по заросшей щетиной щеке. — Но сейчас не глуши её, Артём, собери и выплесни всё это.

Да, я до одури хотел сорвать с себя железную маску невозмутимого лидера, но геймерская привычка всё контролировать заставляла колебаться.

— Ирен… — хрипло выдавил я, сглотнув ком в горле. Эмпатия и способность чувствовать связь через контракты могли передать ей моё состояние.

— Она даёт нам пространство, дорогой, — мягко оборвала мои сомнения Мия. — Она блокировала связь, здесь только я, Артём. Давай, разрушь свои стены, иначе они раздавят тебя.