Книга Агент Север, страница 26 – Сергей Журавлев

Однако женщина всегда остается женщиной. Увидев невольно нахмуренный лоб мужчины, она пристально посмотрела в глаза собеседника и шаловливо добавила:

— Поверьте, я могу быть благодарна.

От этих слов в груди Батыя что-то екнуло. Дорис оказалась приятной собеседницей, с ней было легко общаться. Мужчина никак не мог понять: это у нее от природы или она так хорошо владеет техникой общения. Женщина легко прошлась по темам кино, театра, литературы, определяя, которая из них может послужить для сближения. Поняв, что в этих вопросах Удо не силен, стала рассказывать смешные истории из журналистской жизни. Дорис вообще часто улыбалась, но это была не та механическая, вымученная улыбка, которую можно увидеть у многих американцев. Ее улыбка собеседнику была искренней и естественной. В ней чувствовалась застенчивость и теплота, словно она действительно интересовалась людьми и хотела показать свою доброжелательность.

За легкими закусками и оживленным разговором они непринужденно ополовинили бутылку светлого молодого вина. Хмель и будоражащее присутствие молодой интересной женщины начали оказывать свое влияние.

— Мы с вами уже давно знакомы, – долив вина в бокал, храбро начал Батый, – а до сих пор все еще на «вы». Предлагаю выпить на брудершафт и наконец перейти на «ты».

— Я не возражаю, – Дорис подняла бокал, – но не будем же мы целоваться на глазах у всего ресторана. Думаю, здесь так не принято.

— Тогда предлагаю выпить здесь, – перешел на таинственный шепот Удо, – пойти немного потанцевать и там завершить ритуал.

В глубине зала действительно была небольшая площадка, где под медленную музыку уже танцевали несколько пар.

— Я согласна, – в тон ему азартно зашептала собеседница.

Целоваться они начали почти сразу. Это было обоюдное желание. Молодые разгоряченные тела, казалось, нашли друг друга. Они забыли обо всем на свете. Первой пришла в себя женщина.

— Удо, нам уже принесли заказ. Это неприлично, и я хочу есть.

Мясо и гарнир были великолепны. Хотя, возможно, это было общее впечатление. Понемногу возбуждение улеглось. Удо испытывал признательность к девушке, ему хотелось удержать ее. Сделать это можно было, только став полезным.

— Дорис, ты говорила, что у тебя в Париже редакционное задание. В чем его суть?

— Сущая ерунда. Меня используют как девочку на побегушках. Вот если бы у меня была своя большая тема, свои источники информации, тогда другое дело.

— Ты говорила, что занимаешься темой молодежного экстремизма. Знакомство с Бригитой наверняка дало тебе материал.

— Да, но Бригита – рядовой боец. То, что я от нее узнала, помогло мне выпустить только пару статей в Bild, а я хочу работать в аналитическом издании.

Она отставила в сторону тарелку, аккуратно сложив на нее приборы, и, опершись на стол локтями, подалась вперед. В ее голосе пропали чувственные нотки. Она всем видом показывала свой серьезный настрой.

— Мне очень хочется, чтобы ты мне в этом помог. – Оказывается, взгляд журналистки мог быть довольно требовательным и пронзительным.

— Чем? – Шефер с сожалением доел последний кусочек ужина и потянулся к вину.

— Я уверена, что здесь, в Париже, ты занимаешься не коммерцией. Я знакома с полем твоей деятельности. Франция пока туда не входит.

— Откуда такая информация? – Он спокойно сделал несколько маленьких глотков.