Онлайн книга «Стужа»
|
Епру пуще прежнего злость взяла: на себя, на девку эту тихую да себе на уме. Схватила она пуховый платок да и хлопнула дверью, а Стужа с Наною остались на женской половине. Очи у Нанушки были такие, что молодцы не раз на кулаках выясняли, на кого красавица приветливо глянула. И нынче они тоже светились радостью. Стужа поставила у входа горшок с раскаленными головешками – ну как в девичью светелку тоже заглянет страшный чужак? – и подошла к сестре. Та сидела на сундуке с приданым, сложив руки на переднике, и глядела в стену, словно на ней кто нарисовал несбывшееся счастье. — Отчего не плачешь? – спросила Стужа. Она взяла сестру за руку – та была холодной. — Что проку плакать? – улыбнулась Нанушка. – Все одно мне уже сани готовят. — Этот твой… приходил. Сватался, благословения просил. — Людо-о-ота, – ласково протянула Нанушка и прижала ладонь к животу. – Кто же знал, что так оно повернется? По осени бы… Ну да теперь уж что… Стужа обняла сестру и ну реветь! Будто одна за двоих могла слез выплакать! — Дурень твой Людота, ох дурень! Где раньше был, отчего не посватался? Как ходить к тебе, так он первый, а как… Нана коснулась губами сестриного темени: — Не брани его. Так уж боги порешили, не нам спорить. Ты лучше вот что… Сестра поднялась с сундука, бережно сняла хохлушку[7] и откинула крышку. — Мне-то уже без надобности, а тебе сгодится… Вот это мне платок тятенька подарил. Эту рубаху я к свадебке вышивала, а вот и для жениха. Кроила на Людоту, но поправишь, коли надобно будет, а здесь… Стужа захлопнула крышку – Нана едва отшатнуться успела. — Ты что творишь?! Как можно? Нана не дрогнула: — А куда мне? Мой наряд к утру уже готов, а эти тебе оставлю. — Не нужны мне наряды! Ты что же, думаешь, смогу носить их заместо тебя? И батюшку заместо тебя обнимать, и с мачехой песни петь? Никому тебя не заменить, одна ты такая! Одна! — Не нам с богами спорить. Жребий… — А если это был мой жребий? Если я твою удачу перехватила? — На то воля богов, – смиренно ответила Нанушка. — Богам до нас дела нет! – перебила Стужа. Она сжала плечи сестры и зачастила: – Ты вот что… Я до Людоты сбегаю, скажу, что делать. Как стемнеет, бегите! Бросим новый жребий, выберем Морозу другую невесту. Кого угодно, не тебя только! У тебя и без Мороза жених есть, будь он неладен! Нана тоскливо улыбнулась: — Не любишь ты Людоту… — Не люблю. Дурак потому что. Ходить к тебе ходил, а как свататься… Не ровён час, еще бы дитё нагуляли. Нанушка вдруг закашлялась и покраснела, а Стужа все разом поняла: — Ты что же… В тяжести? Сестра не ответила, но глаза ее засияли пуще прежнего. — Так отцу скорее скажи, дура! Всем скажи! Ты ж не девка заневестившаяся – ты баба! Могла бы жребий не тянуть! — Тише, тише, сестрица! – Нана накрыла ей рот ладонью. – Я никому не сказала, и ты не говори. Батюшке с матушкой позор, а Людоте горе горькое. Не сбежать от Мороза, то всем известно. А кто попытается, тому сразу в Тень дорога. Не меня, так другую выберут. Не все ли равно? — Нет! Не все равно! У тебя жених есть, мать с отцом… – Стужа едва слышно прошептала: – Дитё будет. Тебе жить и жить! Это у меня в целом свете никого. Сказала – и осеклась. Сразу ясно стало, что надобно делать. — Отдай щепочку. — Ты сдурела никак, сестрица? Мой это жребий. |