Онлайн книга «Крапива»
|
— Если не достаёт силы, надо брать хитростью. Я пошла с Шатаем, чтобы убить Змея. — Что ж меня не спросила? — А то ты пустил бы! — Не пустил бы. Нет. А теперь… куда ты пойдёшь? С ним? Или со мной? Крапива скрестила руки на груди. — Никуда не пойду. Дома останусь. — Сын! – Тур занял место княжича на холме и насупил брови. Всё ж не только торговать и торговаться был он горазд, казнить и миловать Посадник умел тоже. Княжич и без слов понял, чего ждёт от него названый отец. Ясно, на чьей стороне сила и чьей будет победа. И как станут срединники славить Посадника и его сына, когда полетит по государству весть о том, кто отстоял границу. — Что же… – Влас повернулся к Шатаю. – Придётся нам разрешить спор. — И как жэ? — Так, как с самого начала стоило. Шатай ухмыльнулся. — Что жэ, пусть так и будет. Они встали грудь в грудь, воины напряглись, ожидая приказа, Крапива схватилась за сердце: что делать? Мгновение – и сорвались бы с луков стрелы, взметнулись мечи, прогремел бы раскатами грома боевой клич. Перед взором у княжича пронеслось всё: мать с отцом… или всё же дядькой? Терем, полный слуг и на всё согласных чернавок, драгоценные уборы и златые тарелки… Но всё померкло пред другим воспоминанием. Как травознайка шла под рассветным солнцем по полю, и злато её пшеничной косы показалось вдруг дороже и терема, и коня, и меча, да и всего княжества. Влас сказал: — Нечего нам с тобой делить. Ветер, земля и женщина не принадлежат никому. Это мы принадлежим им. — Свэжэго вэтра в твои окна. — Свежего ветра… друг. * * * Погребальный костёр вышел на славу. Раньше маленькая деревенька меж Срединными землями и Степью делила два государства, но нынче дымная пуповина соединила враждующие края. В пламени сгинули многие воины, и никто не следил, чтобы срединников и шляхов клали отдельно друг от друга. Холм, на котором когда-то росло священное древо Рожаницы, превратился в курган, и вой овдовевших женщин не заглушал крики птиц потому лишь, что немногие успели вернуться в деревню. Дола с Деяном, оставив сыновей родне, примчались едва ли не сразу после Посадника. Они то бранили своевольную дочь, то, напротив, славили её храбрость, а Крапива знай отмахивалась: дел невпроворот, не до вас! Дел и верно набралось знатно. Лечить больных и раненых, хоронить умерших, распределять припасы, дабы не вышло ни у кого ссоры. Одна бы травознайка нипочём не справилась, но с нею были Влас и Шатай – два вождя, два героя, перечить коим не смели ни срединники, ни шляхи. Ясно, что до доброго мира было ещё далеко. Очень уж многие полегли в Тяпенках, ни одной семьи не нашлось, что не пострадала бы от мечей пришлецов. Но Рожаница уравняла врагов оползнем и бурей, а там, где своё слово сказали боги, людям судить не след. Тех же, кто сомневался в праве нового вождя на власть, быстро успокаивали свои же: какие тут сомнения, если Шатай – копия отца Змея. Рожаница постаралась, не иначе! Прошло время, и погибших проводили к Хозяйке Тени. Кого-то проглотила Мать Земля, кого-то в небо унёс дым. Последним костёр ждал Стрепета, бывшего вождя Иссохшего Дуба. Влас с Шатаем немало потрудились, чтобы отыскать его среди трупов и подготовить к захоронению как должно. Крапива сама обмыла тело и срезала бороду, что Стрепет носил в знак траура с того самого дня, как Дуб иссох, и теперь лик его был спокоен и молод. Только Дола стояла у дверей бани и причитала всё то время, пока лекарка занималась делом. |