Онлайн книга «Змеелов»
|
Змеелов не ответил. Высоко в светлеющем небе встретились два хозяина этих земель – среброкрылый олуп и когтистый вожак галд. Столкнулись грудь в грудь, истыкали облака вырванными перьями, разошлись. Покружили, присматриваясь один к другому – и снова в бой! А на земле птичьему крику вторил лязг мечей. Ещё круг – и новый удар. Бескровный, звонкий, жуткий в утренней тишине. — Ты меч-то в руках держал когда-нибудь, колдун? – насмехался Пан. Змеелов тихо ответил: — Да. В руках – держал. В самом деле, был он не лучшим мечником. К чему колдуну меч? Но за свою землю кровь пустит и обычно мирный олуп, и мужчина, отрёкшийся от стали много лет назад. Сначала Пан примеривался, ожидая хитрости от противника. Сил вкладывал в удары едва-едва, только припугнуть, не ранить. Но Змеелов выпады принимал неумело, а отбивал из рук вон плохо – дважды и вовсе рукоять едва не вывернулась из жмени. И Пан осмелел. Заходил то справа, то слева и уже не бился – рисовался на радость соратникам! Те подались вперёд, ближе, ближе! Не упустить, как старший в очередной раз влупит яровчанину, как шлёпнет клинком плашмя поперёк спины – унизительно и дерзко. Колдун сражался как умел. А умел он дурно… — Где ж ты эдакий меч добыл? – насмехался Пан. – Попросил бы, мы бы тебе хороший дали, а не погнутый! От этих слов Первак, тоже неотрывно следящий за битвой, запунцовел. Кривой шляховский меч в самом деле для рукопашной не годился. То ли дело рубить с плеча, сидя в седле! Самому старосте изведать радость битвы не довелось, но дед сказывал… И староста берёг оружие как умел в память о далёком предке. Но что толку от того колдуну, обливающемуся потом на медячке? — Не гневил бы ты добрую сталь, – сощурился против восходящего солнца Змеелов. – Лишь боги свидетели, скольким она сняла головы. Пан играючи крутанулся и вжикнул клинком снизу вверх. Старенький кривой меч заплакал, зажаловался хозяину, стальная крошка брызнула во все стороны. — Ты ведать не ведаешь, что такое гнев стали, – сплюнул на священную землю Пан. – Дай-ка я покажу. Новый удар, уже нешуточный, обрушился на Змеелова, и кривой меч зарылся в землю. Ирга вздрогнула, но сдержала крик. Змеелов хитёр, он не вышел бы драться, не просчитав всё наперёд. Зря только с нею не поделился, уж тогда бы они вдвоём… — С-с-с… Ирга! Опомнившись, рыжуха ослабила хватку, и Василёк, которому она едва пальцы не отжала, перевёл дух. — Он справится. Он же Змеелов! – ободрил брат. Ирга кивнула, не вслушиваясь в слова. Всё её существо было на медячке вместе с колдуном. С тем самым, что едва жизни её не лишил, что расплёл косу, а после обманул, что отворачивался, наверняка пряча отвращение во взгляде… Что стал дороже всех в целом мире! С ним вместе она припадала на больную ногу, с ним валилась наземь и наново поднималась, с ним цедила ругательства сквозь зубы, с ним скалилась, отвечая противнику усмешкой на издёвку. — Нет, колдун, это не дело. – Пан предплечьем поправил повязку на лбу, почти незаметно сползшую. – Ты мне обещал хорошую битву, а сам возишься что щеня у мамкиной титьки! Быть может, лучше позвать на медячок не тебя, а твою бабу? – Он повернулся к Ирге. – Ты, рыжуха! Верно, за тебя он сражается? Или всё же за синеглазку? Ирга стиснула зубы, безмолвно выдавая себя, и Пан удовлетворённо кивнул: |