Книга Стратегия лени: Как случайно спасти Империю и выйти замуж, страница 26 – Е. Лань

— Я похожа на праздничную повозку, которую забыли распрячь, — мрачно констатировала я. — Дай мне мой веер, тот, что с железными спицами. Если я упаду под тяжестью этой прически, он послужит мне опорой.

* * *

Павильон Весенней Орхидеи утопал в роскоши. Он располагался на берегу искусственного озера, берега которого были выложены белым камнем. Несмотря на зимнюю стужу снаружи, внутри павильона благодаря скрытым под полом печам царило настоящее лето. В огромных фарфоровых вазах цвели привезенные с юга орхидеи, наполняя воздух густым, сладким ароматом, от которого у непривычного человека могла закружиться голова.

Когда евнух громогласно объявил мое имя, десятки пар глаз вонзились в меня, подобно отравленным иглам.

Здесь собрались жены министров, принцессы крови и фаворитки Императора. Фракция «Красного Журавля» и фракция «Восточного Ветра» смешались в единый клубок пестрых шелков и фальшивых улыбок.

Я плыла по ковру с грацией умирающего лебедя, стараясь переносить вес так, чтобы не звенеть украшениями. Мой взгляд, полуприкрытый тяжелыми веками, скользнул по залу и остановился на возвышении.

Там, за главным столом, сидела Императрица Хван. Женщина поразительной, хищной красоты, чье лицо не тронули морщины, но в глазах которой читался холод вековых ледников. Мать Наследного Принца, та самая женщина, чей клан сейчас боролся за выживание.

А по правую руку от неё, с идеально прямой спиной и непроницаемым лицом, сидел Наследный Принц Ли Джин.

Сегодня он был облачен в темно-синие одежды с серебряным драконом. Его волосы были убраны под легкую церемониальную корону. Увидев меня, он едва заметно сузил глаза. Я прочла в этом взгляде мрачное удовлетворение: «Добро пожаловать в ад, Леди Чон. Посмотрим, как ваша лень спасет вас здесь».

— Десять тысяч лет жизни Императрице-матери, — я опустилась на колени так медленно, словно боролась с земным притяжением. Мои суставы жалобно хрустнули под тяжестью парчи. — Десять тысяч лет жизни Наследному Принцу. Эта ничтожная прибыла по вашему зову.

— Поднимитесь, дитя, — раздался красивый голос Императрицы. — Мы так много слышали о вас. Дочь прославленного клана Чон. Займите свое место подле моего сына. Ему не хватает… успокаивающего присутствия.

Служанки услужливо подложили мне подушку прямо рядом со столиком Ли Джина. Расстояние между нами было ничтожно малым — достаточно было протянуть руку, чтобы коснуться его рукава. Это было беспрецедентное нарушение этикета, открытая демонстрация моего нового, пугающе высокого статуса.

Я опустилась на подушку, подавив стон, и сложила руки на коленях. От Принца пахло хвоей и чистым морозным воздухом — запахом, который удивительно диссонировал с душной, цветочной атмосферой павильона.

Чаепитие началось.

Это был изощренный ритуал психологического насилия. Дамы обменивались стихами, в которых скрывались завуалированные угрозы. Обсуждали погоду, намекая на политические бури. Я сидела, полуприкрыв глаза, и методично отключала сознание. Я достигла того состояния транса, когда тело присутствует в зале, а дух парит где-то над южными морями, выбирая сорт дыни на обед.

— Леди Чон, — внезапно ко мне обратилась супруга Министра Финансов, грузная женщина с порочным, хитрым ртом. — Говорят, в южных провинциях нравы весьма свободны. И девушки там предпочитают упражняться с мечом, а не с пяльцами. Вы, должно быть, скучаете по звуку стали в этих тихих стенах?