Книга Остров Спящей Женщины, страница 74 – Артуро Перес-Реверте

— Он и меня так купил, – сказала Лена; глаза ее погасли. – Он оказался самым щедрым.

Стало очевидно, что гость, оказавшись под перекрестным огнем, испытывает неловкость. Барон, заметив, как тот бросил взгляд на часы, пришел ему на помощь:

— Вы, капитан, выглядите совершеннейшим чужестранцем. И тем не менее…

Это помогло, и в течение нескольких минут они обсуждали наружность гостя, его рост, и стать, и свободное владение греческим языком. А также и то, о каких чертах характера можно судить по внешним признакам.

— Да-да, – заключил Кательос. – По виду вы очень подходите для определенного рода деятельности. И ваше спокойствие не напускное.

Испанец неопределенно развел руками:

— Я с самой ранней юности ходил в море на рыболовных шхунах и мотоботах, я взрослел в окружении людей, которые воспринимали меня как своего. Полагаю, это помогло мне усвоить верный взгляд на вещи и научило правильно вести себя.

— То есть выработало некую стоическую покорность судьбе? – рискнул осведомиться барон.

— А кроме того, здоровую неуверенность.

— Недоверие, вы хотите сказать?

— Нет-нет… Я сказал именно то, что хотел сказать: здоровую неуверенность.

Барон покосился на жену, молча слушавшую гостя:

— А-а, понимаю. Если постоянно думать о том, что покажет барометр, о рифах, о перемене ветра и прочем, едва ли заснешь.

— Да, нечто подобное.

— На наших островах, когда задувает мельтеми^[51], бытует поговорка: «С бабой и норд-остом совладать непросто».

— В Испании тоже. На всем Средиземноморье.

— Елена Троянская и тому подобное.

— Да, пожалуй.

— Женщина, дорогой Ватсон.

Испанец смешался, не узнав отсылку:

— Может быть.

— Мы, мужчины, в силу своей суетности считаем себя любовниками или палачами, меж тем как мы всего лишь свидетели.

— Может быть.

— Уверяю вас, что так оно и есть.

Пришло время прощаться, и гость поднялся не раньше и не позже, чем предписывали приличия. Несомненно, подумал барон, это человек воспитанный. Он предложил, чтобы старик Стамос доставил его на другой конец острова по морю, на моторке, но Хордан сказал, что предпочитает дойти пешком.

— Я вас провожу немного, – сказала Лена.

— Спасибо. Не затрудняйтесь.

— Я хочу подышать воздухом.

Барон воззрился на нее с пытливым интересом натуралиста. Слово «удивление» здесь явно не подошло бы.

— Сомневаюсь, моя дорогая, что наш гость может заблудиться. Остров из конца в конец пересекает одна-единственная дорога, и капитан по ней уже ходил.

— Я провожу, – настойчиво повторила она. – Только переоденусь, и мы пойдем.

Мужчины остались на ногах, глядя друг на друга.

— Вы любите охоту? – осведомился барон.

— Не очень.

— Жаль. Потому что на острове много кроликов. Они забираются в наш огородик и пожирают овощи. Я иногда совмещаю прогулку с отстрелом, хотя жене это не нравится. – Он сделал паузу, претендующую на многозначительность. – Мы с Леной не всегда совпадаем во мнениях.

Попыхивая трубкой, он не сводил с гостя глаз и ждал ответа, однако испанец хранил бесстрастное молчание. Объективно оценив его габариты, барон вынужден был признать, что таких, как он, лучше не задирать. Таким либо уступают дорогу, либо всаживают пулю, прежде чем они двинутся на тебя. Тут должна выручить реакция старого фехтовальщика.

— Я бы с удовольствием прислал несколько тушек вам и вашим людям.