Книга Смерть на Кикладах, страница 23 – Сергей Изуграфов

В другое же время островная хандра, как он ее окрестил, брала свое: инспектор становился хмур, замкнут, неразговорчив и проводил вечера в полюбившейся ему таверне для туристов за бокалом пива «Amstel», к которому он предпочитал жареный сыр с тцатцики.

Местные с недоверием и отчуждением косились на инспектора, обзавестись друзьями ему так и не удалось. Не считать же всерьез за друзей барменов, которым он порой, после пятого или шестого бокала пенного, горько жаловался на судьбу. С личной жизнью у него тоже не складывалось: жена за ним не поехала, через год прислала документы на развод; детей у них не было. Местные красавицы не привечали бедолагу, да и сам он сильно комплексовал: толстоват, лысоват, никак не мог акклиматизироваться к местному влажному климату, постоянно потел, поэтому носил с собой дюжину платков, которыми утирал вечно градом катившийся со лба и шеи пот. Какой из него ловелас… Смех один!

Вчера он допоздна засиделся в таверне, поэтому во рту было сухо, голова потрескивала, пот заливал лицо, но инспектор стоически терпел. Ведь наконец ему выпал шанс, и он его теперь ни за что не упустит!

Решение арестовать Димитроса пришло к нему как очевидный вывод после анализа отпечатков пальцев, который он провел лично сам, потратив на это полтора часа, дотошно сравнивая отпечатки пальцев персонала гостиницы с отпечатками на орудии убийства. Простейшая дедукция, а какой блестящий результат!

Слава богу, что отпечатки пальцев на ноже были так быстро идентифицированы, и ему не пришлось беспокоить постояльцев отеля, – любви со стороны местных ему бы это точно не добавило. Но и тут инспектору повезло! Осталось только составить правильный рапорт и направить в Афины. И ждать, наконец, заслуженной похвалы от начальства. И преступление раскрыл по горячим следам, и преступника оперативно задержал! Хотя, к слову, куда бы он делся… С острова-то!

Для составления рапорта необходимо (теперь-то уж пустая формальность – пожал он плечами) провести опрос свидетелей вчерашнего инцидента. Секретарь убитого уже был им опрошен, личность пренеприятная, конечно, но информация, полученная от него, пролила свет на мотивы, которые двигали подозреваемым: шутка ли – лишиться наследства по завещанию и остаться ни с чем! И все в результате конфликта с отцом незадолго до его смерти. Убивают и за меньшее. Горничная Катерина тоже дала свои показания, рассказав о роли нового постояльца, этого русского, что приехал на днях. Кто знает, не вмешайся он, как рассказали инспектору, накануне в безобразную сцену, что устроил подозреваемый, – убийство могло произойти и раньше.

Зайдя в номер к русскому, полицейский терпеливо ждал, пока горничная закончит что-то говорить на их непривычно звучащем для греческого уха языке, полном свистящих и шипящих звуков, – не так много русских туристов на острове встречал инспектор, а общался – и того меньше. Потом все-таки он вежливо покашлял в кулак и выжидающе посмотрел на постояльца.

Кстати сказать, русский ему понравился. Полная противоположность ему самому. Подтянутый, спортивный, лицо не отекшее, хоть и бледное, с небольшим косым шрамом у виска, словно кто-то махнул наискось острой бритвой у него перед глазами и промахнулся, а шрам остался на всю жизнь.