Книга Смерть на Кикладах. Сборник детективов №3, страница 140 – Сергей Изуграфов

— Ты знаешь, где? Как быстро мы можем это определить? Время идет! Вертолет будет с минуты на минуту!

— Нет, но я знаю того, кто знает это точно.

Смолев быстро набрал нужный номер телефона и произнес в трубку:

— Тодор? Это Смолев. Вы все еще хотите, чтобы вашу подпись убрали из того доклада?

Ранним августовским утром, в час, когда яркое солнце, едва показавшееся над горизонтом, еще не успело нагреть многочисленные каменные ступени лабиринта — древнего города на невысоком холме, увенчанном венецианской крепостью, — в переулках и на узких улочках все еще царила ночная прохлада. На матовых от полумрака листьях растений, что в большом количестве выставлены в тяжелых глиняных кадках на узких тротуарах вдоль домов, темнела предрассветная роса в ожидании, когда на нее упадет первый яркий луч, и она засверкает, как диковинный бриллиант.

Для владельцев домов и постояльцев небольших вилл, из которых, в основном, и состоял городской лабиринт, просыпаться было еще рано. Они нежились в кроватях у раскрытых настежь окон под мерный шум прибоя, доносившийся из бухты, досматривая утренние — и, как известно, самые сладкие — сны, хотя и к ним в комнаты через распахнутые окна и балконные двери уже начинали проникать чудесные ароматы свежезаваренного кофе и подрумяненных хрустящих булочек с кухни, заставляя спящих поводить носом и беспокойно ворочаться на своих перинах. Нет, все равно раньше, чем через полчаса, никто из них не покинет объятия Морфея.

Для рыбаков же, что еще затемно уходили на промысел в открытое море, день начался давно. Их лодки, которые черными точками сейчас едва можно было различить на глади Эгейского моря, скоро начнут возвращаться на Наксос с утренним уловом.

У таверн и кафе на набережной утро наступило еще час назад: повара бодро доставали из печей очередные партии свежей выпечки, которую они вскоре подадут гостям на завтрак.

Но в самом каменном лабиринте на холме еще царила тишина, словно заполняя образовавшуюся короткую паузу между ночью и рассветом.

Вскоре тишину нарушили чьи-то быстрые шаги.

Двое мужчин, вполголоса переговариваясь о чем-то на ходу, вышли из дверей гостиницы, на шершавой выбеленной стене которой, обращенной к улице Апиранто, висела небольшая фаянсовая табличка с надписью «villa Afrodita», и торопливым шагом направились в сторону моря.

— Так ты говоришь, Саша, почти все готово? — поинтересовался тот, что был пониже ростом и заметно шире в плечах. — Название-то уже выбрал?

— Выбрал, — кивнул Смолев, быстро сбегая по очередным ступеням. — Название замечательное: «Надежда»! Сам увидишь!

— Красивое имя, — хмыкнул генерал Интерпола, не отставая от него ни на шаг. — Главное, редкое! Уж тут, на Кикладах, — точно! Куда ты так бежишь? У меня после вчерашних танцев ноги — словно деревянные! Вот что значит танцевать на балу с женой раз в полгода, но всю ночь напролет! Никуда твоя лодка не денется!

— Так сколько месяцев ждал этого дня! — радостно улыбнулся Алекс, немного сбавляя скорость. — Давай, давай, там нас уже люди ждут: ради такого дела Никос сегодня не вышел в море, а это, знаешь, дорогого стоит!

— Подумаешь, не вышел, — пробурчал генерал, надевая на совершенно лысую голову широкую белоснежную панаму. Они уже покинули пределы города, вышли на набережную, где солнце начинало ощутимо припекать. — И правильно! Ему давно пора на заслуженный отдых, пусть молодые потрудятся!