Книга Бывший лучший друг моего босса, страница 23 – Ния Экс

Брюнет повернулся ко мне. Его лицо было так близко. Я видела мельчайшие детали — родинку у виска, легкие морщинки вокруг глаз, след усталости, который не мог скрыть даже его вечный задор. Я чувствовала его дыхание. Оно было неровным.

— Ты знаешь, что самое ужасное? — его шепот был похож на раскат грома в тишине. — Что я часть его. Во мне течет его кровь. Его гены.

— Нет, — резко выдохнула я. — Ты — это ты. Ты — это тот, кто открыл мне дверь машины. Тот, кто не дал мне спрыгнуть с крыши. Тот, кто танцевал со мной, чтобы отвлечь. Ты — не он.

Наши взгляды встретились и сцепились. В его глазах что-то дрогнуло. Боль, гнев, одиночество — все это смешалось в один сплав невероятной силы. Он медленно поднял руку и коснулся моей щеки. Его пальцы были теплыми, почти обжигающими после ночного холода.

— Венди, — произнес он мое имя, и оно прозвучало как заклинание. Как что-то хрупкое и драгоценное.

Мое сердце заколотилось где-то в горле. Разум кричал, что это безумие. Что он мой босс. Что за ним тянется шлейф опасности. Что где-то там, за дверью, бродит тень Алана, нашего общего прошлого. Но в тот момент я не хотела слушать разум. Я устала от прошлого. От боли. От постоянной осторожности. Его прикосновение было единственной реальной, живой вещью в этом опрокинувшемся мире.

Я сама сделала последний шаг. Небольшой, почти неуловимый наклон головы.

И парень поцеловал меня.

Это не был стремительный, страстный поцелуй, как когда-то с Аланом. Он был медленным, исследующим, почти нерешительным. Словно он боялся, что я рассыплюсь, как сахарный кубик, о котором я думала в парке с Аланом. Его губы были мягкими, они не требовали, а спрашивали. Спрашивали разрешения. Спрашивали, можно ли ему в моем лице найти спасение от своих демонов. И я ответила. Я ответила всем своим существом. Мои пальцы вцепились в складки его изумрудной водолазки, притягивая его ближе. Я отвечала на его медлительную нежность собственной жаждой. Жаждой забыться, почувствовать себя живой, нужной, способной дарить утешение. Это длилось вечность и одно мгновение одновременно. Когда мы наконец разомкнули губы, в комнате снова воцарилась тишина, но теперь она была другой. Наполненной нашим сбивчивым дыханием, биением наших сердец, выстукивающих один безумный ритм.

Босс не отпускал меня, его лоб касался моего.

— Прости, — прошептал он хрипло. — Я не должен был...

— Замолчи, — перебила я его, и в моем голосе дрожали и смех, и слезы. — Просто... замолчи.

Я снова поцеловала его. Уже увереннее. Уже зная, что это не ошибка. Не бегство. Это было падение, да. Но падение в теплые, живые объятия, а не в ледяную пустоту. Внезапно на его столе зазвонил телефон. Резкий, настойчивый звук ворвался в наш хрупкий мирок. Джейк вздрогнул и медленно отстранился. Его взгляд был затуманенным, потерянным.

— Это, наверное, Хьюберт, — сказал он, и имя его друга повисло между нами тяжелым камнем.

Реальность с грохотом обрушилась обратно. Алан. Расследование. Убийство. Отец.

Я отпрянула, проводя рукой по губам, на которых все еще горело прикосновение его губ. Что мы натворили? Джейк посмотрел на меня, и в его глазах я увидела то же смятение, что чувствовала сама. Но под ним — упрямую искру чего-то нового. Чего-то, что не имело ничего общего с прошлым.