Книга Потомок царицы 1, страница 118 – Елена Галунец

— Что это за мелодия? — спросила я, вытаскивая из ящика ткань.

Мужчины переглянулись, и первым ответил лекарь:

— Здесь тихо, и никакой мелодии точно не может быть.

— А колокольчики?

Мужчина пожал плечами и подошёл к узкой двери, а я поспешила завязать на талии верёвку.

— Женщинам не нужен пояс, — прошептал Самал и отобрал её у меня.

— Почему? — машинально спросила я.

— Точно не скажу, но это связано с тем, что по старым писаниям женщину называли «Сосуд, дарящий жизнь», и типа нельзя беременной женщине перетягивать новую жизнь жгутом.

Я ничего не поняла, но спрашивать больше не стала. Шагнула к лекарю, а тот неожиданно взял меня за руку, а второй рукой закрыл глаза.

— Я поведу тебя, не бойся. Самал, открывай.

Скрип двери и звон колокольчиков донесся до моих ушей, а затем запах трав и щебет птиц.

— Я так долго тебя ждала, — услышала я нежный женский голос.

В груди защемило, и ладонь с ректорской печатью словно обожгло. Вскрикнув, я открыла глаза и поняла, что лекарь меня не держит. Его вообще не оказалось рядом. Он вместе с Самалом обнаружился на полу пустого помещения. Рядом с ними стоял старик в синей мантии магистра академии. Волосы его были полностью седыми и доставали до плеч. На гладко выбритом лице с правой стороны был длинный шрам. Глаза ярко-голубые, и вообще выражение лица какое-то неживое, словно маска.

— Не волнуйся, они спят.

— В неудобной позе они спят, — заметила я.

— Ну да, упали. Я слишком стар, чтобы аккуратно укладывать таких здоровяков.

— Простите, я не поздоровалась, меня Аша зовут.

— Я знаю. Пока не пришли в себя эти уважаемые люди, что говорить будем о тебе?

— Как что? Правду. Я ведь к Камню Правды пришла, а где он, кстати? — спросила я, окинув ещё раз взглядом это пустое помещение.

— О тебе нельзя правду говорить, люди ещё не готовы.

— А мне хотя бы о себе правду можно узнать?

— И ты еще не готова. Исковеркали тебя, изуродовали, но хотя бы живой оставили, и то хорошо. Вот этот, — ткнул он пальцем на Самала, — теперь будет твоим Щитом и Ветром, что раздует Огонь, всколышет Воду и принесёт семена на пустую Землю. Второй, — указал он на господина Пэйона, — возродит утраченное. Отчего же твое Пламя с собой не привела? Он тебе сейчас нужен. Страхи твои убирать, кто будет?

— О ком вы? — искренне не понимала я.

— О маге, что в сердце твоём, — ответил он, ткнув своим худым скрюченным пальцем мне в ключицу. — А твоя Жизнь ещё слишком мал. Подрасти бы волчонку. Да и ручеек ещё не окреп… Не готова ты совсем ещё… не готова, — вздохнул он. — Но удивительно, как быстро ты уже почти всех собрала, даже будущего моего Хранителя нашла. Значит, грядут великие перемены…

— Простите, я не поняла, что вы сказали. В голове у меня колокольчики звенят, и вдобавок вас плохо слышно, — произнесла я, заваливаясь на бок.

— Вот я и говорю, что не готова ты, — сказал старик, и глаза мои закрылись.

— Аша, очнись, — дёргал меня за плечо Самал.

— Ммм, — подала я голос, чтобы он перестал меня трясти. — Хранитель, что произошло? — спросил он, наверное, у того старика.

— Магия Камня, — ответил совсем другой голос, и я открыла глаза.

Надо мной было хмурое лицо ректора, и я лежала на деревянном полу совсем другого помещения. Комната была не та, как и старик, стоящий неподалеку. Этот был коротко подстрижен, и на подбородке виднелась редкая бородка.