Книга Потомок царицы 1, страница 125 – Елена Галунец

Спроси меня два дня назад, кто из всех тех, с кем я спал, была самая горячая? Я бы ответил, что Инджа, но сейчас я даже не вспомню, какая она была в постели. Лами затмила всех. С какой страстью она отдавалась мне, и я наслаждался каждым сантиметром её тела. Красивая фигура, нежнейшая кожа. Она вся была идеальна. Ламис Рамо была рождена для меня.

Так незаметно пришли выходные. Вечером у нас запланирован ужин с моими родителями. А моя девочка ничуть не волнуется, в отличие от меня. Ладно, мама, но что скажет отец? Он будет точно недоволен, ведь он в невестках уже видел Гарам, о которой до сих пор мне напоминает при каждом удобном случае. Вечерами, лёжа в кровати в перерывах между ласками, Лами расспрашивала меня о моих родителях, и сама рассказывала о своём детстве. Мне впервые в жизни было интересно слушать такие истории. Как и сейчас, лёжа в кровати, она поведала мне ещё одну историю из своей жизни:

— Видишь, какой палец кривой? — сказала она, задрав ногу к потолку. — Это я сломала его лет в шесть. Хотела пнуть задиристого мальчишку, но промахнулась и пнула трубу. Перелом обнаружился только на третий день моего хромания, когда пришёл сосед и предъявил моему отцу счёт за сломанную канализационную трубу. Я же, когда её пнула, оттуда потекли фекалии, и мы с ребятами разбежались кто куда. Я, напугавшись, бежала до самого дома, не чувствуя боли и поэтому не сказала, что палец болит. А когда пришёл сосед, созналась.

— Он что, три дня виновника искал?

— Ага. Во сколько поедем? Мне пора уже собираться?

— Пора, — ответил я, поцеловав её в плечо.

Как и ожидалось, при встрече моя мама вела себя как заправская актриса. Улыбалась, вежливо пригласила войти, а сама оценивающим взглядом окинула мою «ведьму». В глазах читалось: «Как скоро я расстанусь с очередной девицей?» Но вот когда Лами сняла шубку, мама, прищурившись, посмотрела на выдающиеся формы моей красотки, приподняла брови, и это выражение лица мне о многом сказало. Святые! Как же мы с моей матушкой похожи! Её мысли для меня не секрет. Она сейчас думает, что я повелся на грудь. Мы ведь частенько шутя с ней обсуждали девушек с большой грудью, считая, что с такими формами им работать вообще не нужно, достаточно надеть блузку с глубоким вырезом. Вспомнив эти слова, которые я говорил лет так десять назад, усмехнулся. Похоже, она тоже это вспомнила и лукаво посмотрела на меня.

— Зориг! Милый, к нам гости! Не мог бы ты спуститься? — громко сказала она, зовя моего отца к нам присоединиться, в то время как я повёл Лами в гостиную.

— Вот это домина! Ты не говорил, что такой богатый, — прошептала она, когда матушка, извинившись, самолично пошла за отцом, а мы остались наедине.

— Не я богатый, а мой отец. У тебя зарплата, между прочим, больше моей. Вот женюсь на тебе, и ты будешь содержать меня, — пошутил я.

— Да без проблем. Мне много не надо, а ты в постели всё отработаешь, — ответила она, обняв меня, а затем потянулась за поцелуем.

— Не при мне, де́вица! — раздался сердитый голос отца.

— Добрый вечер, — отпрянув от меня, произнесла Лами и, немного смутившись, опустила взгляд.

Милота… так бы и зацеловал!

— Мы идём ужинать или я зря спускался? — спросил он у моей мамы и, проигнорировав нас, пошёл в столовую.