Книга Потомок царицы 1, страница 127 – Елена Галунец

— В городе есть лошади? — удивилась я, поднимаясь.

— Не в городе, а в академии. Когда её основали, было принято, что адепты сами себя, так сказать, обслуживают. Ну там, огород, животные, пошив одежды… При прошлом ректоре ничего этого не осталось, а вот когда этот пост занял господин Балодис, то он возобновил некоторые правила. Отстроил новые просторные загоны и выкупил за свои деньги всех животных из городского зоопарка. Они там содержались в плохих условиях, а сейчас пасутся на лугах, которые сразу начинаются за академией. Там были старые дома, и после того, как нас посетил сам Гайсар Третий, он дал добро снести эти старые бараки и засеять всё травой. Я взаправду горжусь нашим ректором! Никому нет дела до животных, а он их любит, сразу видно. Я вот тоже люблю их, особенно водоплавающих птиц. Я частенько прихожу к пруду и наблюдаю за ними. Кормить строго запрещено, но благодаря наказанию я сейчас могу спокойно это делать. Быки, конечно, пугают меня, но с лошадками я уже нашла общий язык, — улыбаясь сказала она и села на край кровати.

— Так, а зачем ректор тебя ко мне прислал? Мне навоз таскать не надо, я домой сегодня собиралась, вообще-то, — тоже улыбнувшись, сказала я, глянув на попугая.

Тот, вспорхнув, переместился на шкаф.

— Мне нужно составить тебе компанию за завтраком, затем свозить в магазин за одеждой и до самого вечера, собственно, развлекать. Так сказал ректор, и я этому рада. Давненько за покупками не ходила.

«Решил занять меня чем-то, а сам избегать теперь будет?» — подумала я и решительно встала, совсем забыв о том, в каком виде я спала.

А спала я в халате, который обнаружила в ванной. Быстро запахнула его и, перевязав пояс, вспомнила, что одежды, кроме той, в которой я была вчера, у меня нет. Посмотрела на Маруа, которая, отвернувшись от меня, снова наблюдала за птицей. Затем посмотрела на брюки, что висели на спинке стула. Вздохнула, подхватила их вместе с блузкой и отправилась одеваться в ванную комнату. Маруа тут же принялась домогаться попугая, и поэтому я очень спешила одеться и умыться. Времени на прическу не было, и я, закрутив волосы в свою привычную «рогатульку», поспешила спасать Додара, который уже верещал:

— Ррруки прррочь, злая ведьма! — на что Маруа еще сильнее заулыбалась и, поставив стул к шкафу, уже встала на него одной ногой.

— Не трогай его, пожалуйста, он не любит прикосновения, — сказала я и вытянула руку, чтобы Додар сел на неё.

Я хотела отнести его в комнату ректора, и как только птица послушно села мне на предплечье, Маруа удивленно воскликнула:

— Как ты его приручила? И что вообще он делает в этой комнате? По слухам, это птица ректора.

— Сам пришёл. Я сейчас, — сказала я и вышла в коридор.

Быстрым шагом дошла до покоев господина Балодиса и решительно толкнула дверь.

— Я же просил не беспокоить! — услышала я злющий голос Самала и замерла на пороге.

«Нет, не хочу его сейчас видеть. Действительно, лучше я проведу день с Маруа и город посмотрю, а вечером попрошусь домой. Когда я ещё смогу побывать в столице? Да и с Маруа нужно будет нормально попрощаться», — подумала я и, скосив глаза на попугая, дала мысленный приказ лететь в комнату. Как только птица покинула мою руку, я тихо притворила дверь и побежала обратно к себе.