Книга Кот, его ведьма и проклятый принц, страница 58 – Ада Лисовская

Девушка посмотрела на Марлен, а потом кинула взгляд на портрет своей мамы на стене. Раньше тетка была похожа на свою сестру как две капли воды, а Мориэлла иногда глядела на нее и представляла, что мама жива. А теперь черные волосы, коими так гордился их род, выцвели и местами поседели, кожа стала сера, как старый пергамент, и натянулась на череп, а глаза утратили былой ведьмовский блеск. Казалось, в женщине не осталось ни крупицы ее магии, она выходила через кожу и испарялась, покидая ведьму навсегда.

— Я вижу… – прохрипела она, взгляд ее устремился на портрет сестры, но был слеп. – Моя сестра…

Мориэлла сглотнула, кидая взгляд на стену.

— Ее здесь нет, – проговорила она тихо.

Тетка мотнула головой и хрипло засмеялась, выпучивая глаза. Схватила Мориэллу за руку, и девушка увидела белую пленку, ползущую по ее коже. Как крохотная паутинка или иней, она росла, погребая под собой кисть, потом пальцы, и разрасталась все дальше. Вновь запахло полевыми цветами и кровью.

— Но она была, – прошептала Марлен и злобно скривила губы. – Ты знаешь, что означает твое имя?

Девушка встрепенулась и сжала руку тетки сильнее.

— Нет…

— Мориэлла… «Смерть, дарующая Жизнь». Так она нарекла тебя, – закряхтела Марлен, и черты лица ее в одну секунду заострились. – Но ты принесла нам лишь смерть, – выплюнула она и оттолкнула руку девушки.

— Поспи, тетя, – прошептала Мориэлла, чувствуя, как внутренности ее леденеют. Не было и дня, чтобы она не думала о маме. Организм молодой ведьмы не справился с родами.

— Я говорила, нельзя давать имя младенцу. Дитя должно быть принесено в жертву безликим, Магда, – голос тетки стал строгим, будто женщина вернулась на шестнадцать лет назад и вновь говорила с сестрой, разум покидал ее.

Девушка вздрогнула, почуяв запах гнили. Удушливо сладкий, он заполнил легкие, но даже это было не так ошеломляюще, как слова ведьмы.

— Жертва? – прошептала Мориэлла еле слышно, и тетка затряслась в кашле, сжимая худыми пальцами края кровати.

— Белая болезнь коснулась не только меня, – сказала она. – Ты была рождена, чтобы умереть и позволить жить Магде.

— Ложь, – процедила Мориэлла.

— Она родила тебя, чтобы совершить ритуал с младенцем, своей плотью и кровью, – сказала женщина, а потом широко распахнула рот, задыхаясь и пытаясь впустить в себя хоть каплю чистого воздуха без магии, и закашлялась, прежде чем продолжить мучить Мориэллу. – Магда начала пить твою магию, вытягивала ее нить за нитью, когда ты была еще в ее утробе. Белое пятно на твоей голове вовсе не родимое. Это отметка самой смерти, и она была лишь началом.

Мориэлла вздрогнула, следя, как паутина неспешно оплетает тело тетки, забирая магию, вытягивая жизненную энергию и оставляя после себя белую кожу. Так же было и с ней? Девушка коснулась дрожащей рукой своего лба, прямо в том месте, откуда росла ее седая прядь.

— Тогда почему… – руки Мориэллы сжались, а взгляд коснулся матери на полотне. Ее красивое лицо теперь было размыто из-за слез.

— Ты выжила, а она мертва, – сказала Марлен, и девушка почувствовала себя так, словно ей дали пощечину.

— Нет… – прошептала она, наклоняясь ближе и сжимая худые плечи тети своими руками. – Нет, прошу… Я… Я же люблю тебя, люблю ее, пожалуйста, тетя…

Мориэллу избегали другие ведьмы, но мать любила ее и привела в этот мир для великой цели, известной лишь богине. Так говорила Марлен. Она была одна, но мать всегда незримо сопровождала ее, давая силы, ее любовь отогревала и дарила смысл ее жизни. Она не была своей в ковене, но если бы была жива мама…