Книга Тихая квартирантка, страница 107 – Клеменс Мишальон

Инструменты другого рода. Наручники, похожие на те, которыми он пристегивает тебя. Бинокль. Камера «Полароид».

Жесткость, завернутая в мягкость. Металл, вываливающийся из грязной тряпки. Пистолет. Не тот, что хорошо тебе знаком. Этот светло-серый с черной ручкой. Без глушителя.

Ты берешь его дрожащими пальцами, кладешь на ладонь…

Из оцепенения тебя выводит звук, долетевший даже в подвал. Сначала урчание, потом рык, затем рев.

Громкий рев из разинутой пасти его пикапа на подъездной дорожке.

Эйдан Томас задолжал мне объяснение. Как минимум ложь. Я бы посмотрела, как он станет изворачиваться и путаться в словах, глядя в пол. Как, смущаясь, будет просить прощения.

Я гляжу в оба. В супермаркете, в кофейне. Здесь не шумный мегаполис, где легко остаться незамеченным. Рано или поздно он обязательно появится.

В обеденный перерыв еду в город. Заглядываю в закусочную, в аптеку. Ничего. Высматриваю его машину на Мейн-стрит – по-прежнему глухо.

Удача поворачивается ко мне лицом на закате, в тот момент, когда я даже его не ищу. Но у нас кончился биттер «Ангостура», и я вышла одолжить его в соседнем заведении.

Через секунду замечаю, как из тени переулка за рестораном выступает Эйдан – высокий, красивый и бесшумный.

— Привет! – говорю я, стараясь сохранять непринужденный тон, как будто просто рада его видеть.

Он поворачивает голову, на лице – озадаченное выражение. Не ожидал меня увидеть возле моего собственного ресторана? Затем его черты разглаживаются. Придерживая большим пальцем ремень спортивной сумки, он делает шаг ко мне.

— Привет. Извини, просто хотел срезать угол к… – Указывает на Мейн-стрит.

— Да всё в порядке, – говорю я. – Единственное, чего я не выношу, так это когда подростки курят «травку» за мусорным баком. Ты ведь не собирался?

Эйдан смеется. Вот кто я для него: яркое пятно, капелька абсурда, чтобы жизнь казалась веселее. Красивая вещица, которую он может взять, когда захочет, и бросить, когда надоест.

Этого мало, но все же лучше, чем ничего. Я действительно так считаю, и от подобной мысли мне становится еще хуже.

Эйдан снимает с плеча сумку и кидает себе под ноги, затем скрещивает свободные руки на груди и смотрит на меня сверху вниз.

— Где твое пальто?

Я опускаю глаза на свою белую рубашку, черные брюки, малиновый фартук.

— Мне тут недалеко.

До этой секунды я не ощущала холода, но теперь не могу думать ни о чем, кроме обжигающе ледяного декабрьского ветра.

— Подожди. – Эйдан развязывает свой толстый шерстяной шарф и взглядом спрашивает разрешения подойти. Я ничего не говорю. Приблизившись, он оборачивает шарф вокруг моей шеи. – Вот.

Я чувствую аромат хвои. Запах лаврового листа.

— Лучше?

Моргнув, возвращаюсь на землю.

— Да. Спасибо…

О чем я хотела поговорить?

Ах да. Точно. О женщине в его доме.

Однако прежде чем я успеваю подобрать нужные слова, он меня опережает:

— Ну как дела?

Все равно что танцевать с кем-то, кто всегда на полшага впереди.

— Нормально. Просто работаю. Как обычно.

Эйдан кивает.

— А у тебя?

— То же самое, – говорит он. – Работа кипит. Дома тоже полно дел. – Пауза. – Прости, что так и не ответил.

Хмуря лоб, он смотрит мне в глаза с берущей за душу искренностью. Его обнаженная шея такая беззащитная перед пронизывающим холодом… Что-то сдувается у меня в груди. Я приготовилась к битве, а он вырвал нож из моей руки.