Книга Ох уж эти иномирянки!, страница 111 – Юлия Меллер

— Но мы с коллегами проделали огромную работу…

— За это вы получали жалование и приоритетное рассмотрение всех заявленных проектов, которых было немало.

— Предоставленные нами проекты были крайне важны для науки! — воскликнул возмущённый Мандаринов, но советник вышел, не слушая.

— Каков?!! — никак не мог успокоиться профессор. — Меня знает весь мир, а он кто? И князь не та фигура, чтобы указывать мне, что делать! Бюрократы! Чиновничье племя! Тёмные душители! Невежды!

Мандаринов ещё долго негодовал, не замечая, что тихо сидевший в углу его помощник выскользнул вслед за чиновником.

— Господин действительный статский советник! Прошу вас, выслушайте меня!

Всеволода Аристарховича обогнал взволнованный молодой человек и, преграждая дорогу, вперился в него отчаянно-решительным взглядом.

— Говорите, только коротко.

— Аспирант Совушкин, — торопливо представился мужчина, резко склонив голову в приветствии и тут же возвращая требовательно-просящий взгляд на советника. — Я внимательно изучил переданные вами профессору сведения и потрясён. Совершенно новый мир! Вы понимаете! Это же меняет всю философию мироздания! Мир, который вы назвали Мёртвым — это точка, притягивающая другие миры. Звучит, как фантастика, но у вас же есть живые свидетели?

— Каким образом к вам в руки попала эта папка? Сведения в ней имеют гриф секретности.

— Э, Александр Семенович не прятал её, и я просто взял. Простите, я не думал… у нас приняты свободные обсуждения научных вопросов.

Зубы Головина скрипнули, и он больше не сомневался, что профессор с компанией таких же болтунов засиделся в столице. Бессрочная экспедиция в сторону Зимнего океана развеет налёт беспечности и самомнения, особенно если их изыскания будут внезапно опубликованы посторонними учеными. Быть может, тогда профессора поймут важность соблюдения секретности.

— Ещё что-то имеете мне сказать? — строго спросил советник.

— Да! Ваш информатор подвёл неплохую доказательную базу под теорию принудительного открытия порталов с нашей стороны, — заторопился высказаться аспирант. — Конечно, версия спорная, но дерзкая и вполне жизнеспособная. И если он прав, то вы понимаете, что это значит? — шепотом закончил молодой ученый.

— Я-то понимаю, — устало ответил ему Головин.

— Прошу вас, нет, умоляю! — жарко воззвал Совушкин. — Позвольте мне остаться в отделе изучения прорывов! Познакомьте меня с НИМ! Ваш человек обладает бесценной для нас информацией! Вы обратили внимание, как он описывает порталы? Слог и информативность совершенно иного уровня, чем у капитана Орлова!

— Полковника.

— Неважно! Взгляд господина Орлова зашорен, — Совушкин скривился, как будто надкусил лимон и тут же восторженно продолжил: — а ваш человек очень внимателен к деталям и не боится строить предположения. Временами забавные, но смелые и не лишенные логики. Да-с! Но даже без этого, он даёт массу сведений и в каком виде? Он же даёт краткую характеристику всем тварям, проникающих в Мёртвый мир.

— Не всем, а только тем, кого повстречал, — педантично уточнил Головин, временно сохраняя инкогнито Ольги Дмитриевны и испытывая странное удовольствие от того, что её наблюдения хвалят. Конечно, он внес свои правки, когда записывал ее рассказ, но общий тон задала именно она.