Книга Попаданка. Переполох в школе Эттерфилда, страница 125 – Яна Сандерс

— Петерсон. Линда Петерсон. Нет, спасибо, чаю не нужно.

— Хорошо, — мужчина прошёлся несколько раз передо мной, раздумывая о чём-то, затем продолжил с растерянным видом. — Господин Альдонсо человек слова. И человек чести. Мы давно работаем с ним, и он всегда исполняет в срок свои обязательства. Нет, бывают, конечно, случаи. Вот как теперь. Но так надолго он ещё ни разу не задерживал работу, — мужчина взялся за спинку ближнего стула и, оседлав его, уселся напротив меня. — Вы сказали, вам передала правки девушка?

Залюбовавшись приятным лицом мужчины не старше тридцати, с голубыми глазами и крупноватым носом, я ответила, жалея, что не продумала этот момент заранее:

— Да. Одна моя знакомая.

— Кто она? Риккардо не упоминал о посредниках.

— Я не могу сказать.

Мужчина на несколько секунд замер, задумчиво царапая бритвой спинку деревянного стула. Затем улыбнулся.

— А я догадывался, — сказал он. — Догадывался! Ну не может мужчина всего этого чувствовать!

Он не договорил, и мы настороженно посмотрели друг на друга. В ту же минуту скрипнула дверь, и на пороге возник человек в строгом костюме. Кивнув нам, он прошествовал в зал, занял одно из мест за столом и вынул какие-то бумаги.

Я поднялась, намереваясь уходить. Но Трибоди остановил меня.

— Пройдёмте ко мне в кабинет, мисс Петерсон, — сказал он. — Мне бы хотелось показать вам кое-что.

Кабинет располагался на последнем этаже, отгороженном от зала балюстрадой. В нём помимо мебели имелась стеклянная стена, сквозь которую почти полностью просматривался зал. А на столе, обтянутом сукном, табличка с выдавленным на ней именем Джеймс Рон Трибоди.

— Я ведь тоже кое-что задолжал господину Альдонсо, кем бы он ни был, — начал мужчина, усмехнувшись, и вынул книгу из стоявшего рядом шкафа. — Но у меня есть оправдание. Мы всегда отправляем писателям их авторских экземпляр. То же было и с предыдущей книгой. Но Риккардо не забрал её, и она вернулась.

Мужчина положил книгу на стол и придвинул ближе. Коснувшись кожаного переплёта, я прочитала буквы, нанесённые изящным тиснением:

«Во власти желания»

Картинок на обложке не было. Их ещё не научились печатать или мода на изображение чувственных сцен ещё не дошла до местных издательств. Но и без иллюстраций я уже понимала, что за сюжет скрывался за этой обложкой.

— Вы подозреваете, что она автор этих книг? — спросила я издателя.

— Вашу знакомую можно понять, — ответил он, усаживаясь на стол и пожимая плечами. — Она скрывается, потому что женщины книг не пишут. По крайней мере, не публикуют. Это мужская работа. Но женщины их читают. И ни один мужчина, будь он искушён в любви, как древний бог, и умеет без усилий соблазнить всякую, кого выберет своей целью, не напишет так. Думаю, вы понимаете меня. Книги Риккардо Альдонсо продаются лучше всех в моих магазинах, уступая разве что именитым авторам. Но и их они скоро догонят.

Пролистав несколько страниц, я отложила роман.

— Вы сказали, что отправляете ему книги. Куда?

— До востребования на почтамт Арденхилл.

— А гонорары?

— Тоже.

— И теперь вы хотите, чтобы я отдала книгу моей знакомой?

— Будьте так любезны, — мужчина улыбнулся. — И передайте ей, что я был бы очень рад познакомиться с ней лично.

— Боюсь, это невозможно.

— Почему?

— Её, скажем так, держат в строгости.