Книга Попаданка. Переполох в школе Эттерфилда, страница 94 – Яна Сандерс

— Нет, вы не понимаете. Эти дети, а особенно, малыши, никуда с вами не пойдут. Они любят мать, какой бы она ни была. Решено, я поговорю с Нейтаном, Лиззи и Вейн в школе. Скажу, что мама уехала, и им придётся немного пожить с нами.

— С нами? — Густав ещё больше изумился и даже покраснел.

— Конечно. А как иначе вы себе представляете заботу о детях? У вас паства, дела целый день. Так и поступим. Вы будете следить за младшими Робсонами утром, а после школы я стану приводить старших и сменять вас.

— Но...

— Никаких «но».

— И всё же Николетта, это неправильно. Кто будет оставаться с детьми ночью?

Вопрос озадачил обоих. И если Ники лишь задумчиво подняла бровь, то падре смутился ещё сильнее, снова став похожим на молодого Ди Каприо.

Требовалось спасать его.

— Мы с Ники можем дежурить по очереди, — сказала я. — У нас днём не так много забот, и нам бессонные ночи не страшны. К тому же насколько я поняла, шумит в этой семье только малышка Тина. Уверена, мы сумеем это пережить.

Николетта закивала.

— Милые дамы, — священник растерянно почесал вихрастую макушку, — не знаю, как вас благодарить.

— Пока не за что, святой отец. И если всё получится, это мы будем благодарить вас.

— Что ж, — мужчина огляделся и, стянув с крючка, вбитого здесь же в стену, свой плащ, накинул его прямо поверх халата. — Раз так, пойдёмте, я верну вас домой.

Он стал проходить вперёд и, неловко перетаптываясь, взялся было разминуться с Ники, но та, не удержав равновесие, вдруг стала заваливаться прямо на стол. И то ли мужчина попытался её поймать, то ли она за него схватилась, чтобы не упасть, но через секунду эти двое оказались зажаты друг другом в неоднозначной позе, почти лёжа на столе.

— Николетта, вы не ушиблись? — проговорил священник, не торопясь подниматься и продолжая обнимать девушку за талию. Свободной рукой он упирался в жёсткую поверхность, на которой оба распластались.

— Я в порядке, падре, — ответила она, в свою очередь, не прекращая впиваться пальчиками ему в плечи. — Повторяю вам в сотый раз: зовите меня Ники. Это ведь несложно. Однажды у вас уже получилось.

— Это труднее, чем кажется.

— Почему?

— Потому что, — он замялся, не находя слов. — Потому что...

Я поняла, что должна оставить их. В ту минуту на столе в домике священника происходило нечто судьбоносное, и всякий лишний должен был понимать своё положение.

Беззвучно поднявшись, я крадучись шагнула к двери и также тихо покинула дом, намереваясь подождать голубков на крыльце.

Они вышли через минуту взволнованные и молчаливые. Оставалось лишь гадать, что произошло за это короткое время. Но непривычное поведение Ники, которая с задумчивой улыбкой смотрела перед собой и поминутно поправляла волосы, не требовавшие этого, о многом говорило.

Падре довёз нас быстро. А когда попрощался, задержав руку девушки в своей дольше, чем этого требовал этикет, я отвела взгляд и начала стряхивать несуществующую пыль с плеча.

В сотый раз пообещав Ники, что всё сделает, падре попрощался с нами и повозка его заскрипела по дороге, увозя священника домой. Тогда только Ники поравнялась со мной. Склонив мечтательно голову, она стала наблюдать, как удаляется Густав.

— Ничего не хочешь спросить? — задала она вопрос, не оборачиваясь.

— Нет. Разве это моё дело?