Книга Боярышня Дуняша 2, страница 157 – Юлия Меллер

— А потом?

— В дороге они особо не общались, если ты об этом, — уверено доложила Дуня, но её глаза вдруг загорелись интересом, и она быстро добавила: — Наш волчок умничал, давая советы по уходу за котеночком, а Машка внимала ему, как будто он ей тайны великие открывал!

Еремей усмехнулся, огладил бороду. Дуня не сочла нужным говорить, что все женщины с уважением поглядывали на Семена, а Ванюшка чуть ли не трепетал, слушая науку о приручении животинки

— Ишь ты!

— А ещё он всегда провожал её взглядом, а она видела это. Я бы сказала, что как только она убеждалась в том, что он смотрит на неё, то становилась… — Дуня задумалась, подбирая подходящее определение тому, чему была свидетелем и не придавала значения, пока дед не спросил, — …нарочито безразличной.

— Вот оно как…

— Ага, — просияла боярышня, поняв, что всё это было непросто так.

— Значит, не зря ко мне отец Семёна подходил…

Еремей насупил брови, а Дуня насторожилась:

— Деда, ты не торопись решать Машкину судьбу. С ней надо осторожно, а то втемяшит себе что-нибудь в голову, нам не разгрести будет.

Еремей хмыкнул, подмигнул внучке и усмехнулся:

— И в кого ты такая разумница?

— В тебя, — тут же ответила Дуняша и обняла деда — Ванюшкины ухватки по манипулированию не прошли мимо неё.

— Это точно, — с радостью согласился он. — А насчёт Машки не волнуйся. Мы теперь высоко стоим, и женихи валом повалят. Волчье семейство тоже приподнялось, но не так, как мы, так что покочевряжимся.

— Князь их в думу ввёл?

— Не, им пока доверили каких-то новых воинов готовить, чтобы те умели в поле и в лесу воевать, в города проникать и в замках не теряться.

— Ого, — скромно отреагировала Дуня, никак не давая понять деду, что без её россказней о чудо-богатырях в её собственном понимании не обошлось. Княжич наслушался, загорелся и сумел донести до отца новые мысли о том, какими незаметными и умелыми могут быть воины. А как уж они там её идеи доработали и сделали реальными для жизни, ей самой хотелось бы посмотреть. Но семейка Григория Волчары — самая подходящая для вбивания воинской науки в молодых ребят, и они лучше всех её знают.

Еремей благодушно продолжал:

— По военной стезе им почёт, но с достатком скромно у них.

Дуня тяжело вздохнула, показывая, что понимает затруднения семьи Семёна. Им сейчас вкладываться и вкладываться, а когда будет отдача — неизвестно. Но, с другой стороны, их влияние растёт, и чем дальше, тем больше. Шутка ли, готовить волкодавов для князя!

— Да, к тебе они все с большим уважением, — довольно обронил дед. — При них никто не смеет слова худого о тебе сказать. Сабелька из ножен у них лихо вылетает… так-то вот.

— Ого, — Дуня приосанилась.

— Отец Кирилл снял послушание с Семёна, ещё когда вы в дороге были.

— Это я уже знаю, — покивала головой внучка.

— Скучать не будешь?

Дуня пожала плечами. Во-первых, ей некогда скучать, а во-вторых, Семёна она все равно будет чаще видеть, чем родного отца. Так что всё относительно.

— Деда, а что насчет турниров?

— О! — обрадовался Еремей и лицо его оживилось. Дуня даже заподозрила его в обретении статуса «болельщика» одной из команд. — Ты не представляешь, что у нас творится! Все на ушах стоят с этим клюшкованием, — совсем неправдоподобно возмутился дед. — Княгиня со своими ближними боярынями так развернулась, что теперь каждое воскресенье весь город собирается на берегах Можая*, чтобы смотреть битву команд. (*Москва-река)