Книга Боярышня Евдокия 3, страница 132 – Юлия Меллер

— Нет у них совести, — буркнула боярыня, не желая обсуждать более эту тему.

— Евпраксия Елизаровна, ну чего ты?

— Ай, — раздраженно махнула она рукой, — думала сына порадую, такие планы строили — и всё впустую!

— Да что ты! — воскликнула Дуня, торопясь расправиться с огорчением боярыни. — Всё чудесно складывается! Во-первых, никто ничего толком не сможет повторить, тем более часы! Во всем нужен навык, а он нарабатывается опытом.

Дуня посмотрела на боярыню, но та никак не отреагировала и пришлось ей подсказать:

— У нас же многие поделки были сделаны из дерева, а с ним надо много работать, чтобы был навык.

Боярыня вяло кивнула, и Дуня медленно проговорила:

— Дуб, кедр, особая береза… всё это дорого.

— С чего бы? — скептически усмехнулась Кошкина и, раскрыв глаза, закрыла себе рот рукой.

Дуня торжествующе улыбнулась:

— Во-о-от! Так что сущие копейки наши новинки у них стоить не будут. Даже огромный стол для игры в шаробой дешевле от нас к ним везти, чем там свой изготавливать. И кстати, со сладостями то же самое. Взять всем известные райские яблочки, которые сушат в монастыре. Время доказало, что их нельзя повторить.

— Ой, не напоминай! Все сушат, да вкус не тот.

— А все почему? Потому что там сладкий сорт, а кто вообще знает про сорта? У всех одна кислятина, которую только на сидр или на уксус пустить можно! А у бабушки Анастасии теперь за яблонями такой уход, что мелких яблок вообще нет.

— Да уж, бабка твоя постаралась, — с уважением подтвердила Кошкина.

— И наши мастерицы постарались, придумали затейливые рецепты, которые запросто так не повторишь. И нет смысла повторять, потому как для нас яблоки, лесные ягоды доступны, а для других это редкость. Так что помыкаются иноземцы, пытаясь повторить, да вернутся к нам!

— Ох, Дуняша, твоими устами бы да мёд пить. Всему нашла добрый знак, но как же часы?

— И с часами то же. Ты ж сама знаешь, как в Европе делают часы. Целый город платит за них мастеру, а он всю жизнь их делает.

— Ну, ты преувеличиваешь.

— Ненамного. А мастера твоего сына сделали их проще, но значительно быстрее. И нам надо беспокоиться не столько о цене, сколько о поиске подходящего покупателя.

— И кто же для нас подходящий покупатель?

— Тот, кто купит много. Я бы сравнила наши часы с писчими перьями, которые продаёт князь.

— Он же их сотнями переправляет с купцами, — засомневалась Кошкина.

— Уже на тысячи счёт пошёл.

— И при чём здесь часы?

— Так и с часами так же! В мастерской Петра Яковлевича можно делать часы сотнями. Мы же об этом уже говорили.

— Я думала, ради красного словца…

— Нет, это реальные возможности. Просто в Москве не найти столько покупателей, чтобы продавать каждый месяц по сотне часов, а раз их нет, то нет смысла что-либо затевать в этом направлении.

— Удивляюсь я тебе, как ты все это понимаешь. Вроде бы просто и даже странно, что я обо всем этом не подумала, но мысли крутились совсем в другом направлении.

— Главное, к чему я веду! — смутилась Дуня. — Нам необходимо завязать знакомство с негоциантом из Португалии

— Португалии? Это по-новому или по-старому прозвание? Что-то я не помню такого королевства.

— Э, вроде раньше Лузитанией звали, — припомнила Дуня из рассказов об образовании королевств. — Только это совсем древность.