Книга Не жизнь, а роман!, страница 61 – Юлия Меллер

— Хочу напомнить тебе, что никто не усомнился бы в том, что викинги воины, но все они отменные торговцы и хозяйственники! Одно другому не мешает, а если ты дашь крестьянам возможность работать на себя, то только выгадаешь от этого. Они сами решат, что выгоднее сажать, сами вырастят, без твоего догляда, сами продадут, и ты получишь серебро, а не вонь портящихся овощей в подвалах!

— Они глупы и не смогут заработать на овощах! Им не на что купить лопаты, грабли, семена…

— Ты благородно поможешь им с этим.

— Предлагаешь продать им орудия их труда? — выгнул красивую бровь мужчина.

— За урожай, — согласно кивнула Катя, — загляни немного вперёд, — мечтательно произнесла она, — у твоих крестьян не сразу всё получится, но кто — то чуть разбогатеет и подомнёт под себя менее удачливых соседей, заставляя их работать на своём поле под более чутким контролем, чем твои люди. Через пару лет несколько семей заживут в достатке и смогут совершать покупки у ремесленников, проживающих на наших землях. Тебе легче станет получать с них налог. Люди вздохнут свободнее, увереннее станут жениться, рожать ребятишек, растить их.

— Ты фантазёрка, моя мa poulette (мой цыпленок).

— Живи сам и дай жить другим!

— Это чьё-то изречение? Мне оно не подходит. Я за свою жизнь плачу кровью, жизнями своих вояк, а тот сброд, о котором ты печёшься, возится в земле и ни на что более не способен! Оставим это, мне пора.

Катерина была расстроена. Ей казалось, что её предложение выгодно, но она не учла полновластия Бертрана. Все пахали на него на его полях, а осенью ещё приносили то, что успели изготовить дома. Так в замке появлялась ткань, посуда, корзины и какие-то заготовки. Сложно вдруг выпустить всех из своего кулака и надеяться на то, что люди справятся без него и он останется не в накладе.

Она вышла во двор и проводила мужа, любуясь, как хорош он верхом на коне, и думая о том, что Бертран может в любой момент, в любом месте выбрать абсолютно любую девицу и развлечься с нею. Он феодал, тот самый, кто на своей земле олицетворение силы и власти!

От этих мыслей стало зябко, и Катя вернулась внутрь, будто отрезая себя от надуманных поступков мужа. Некоторых вещей лучше не знать, чтобы не потерять способности выжить.

Бертран привлекателен внешне, в нём нет жестокости, и если он позволяет себе развлекаться, то вряд ли кто-то льёт после этого слёзы. А вот ей рано требовать от него верности. Не те условия жизни, не то время. Если он действительно влюблён в неё, то это получится само собою, а если нет, то никакие жалобы, тем более претензии не помогут. Останется надеется на уважение, что он будет скрывать свои похождения.

— Сеньора, что-то вы взгрустнули, — подошла Манон, — неужели жаль, что гости уехали?

— Нет, без них спокойнее.

— Тогда что же?

— Манон, деревенские девушки на сеньора не жаловались?

— Не понимаю.

— Ну, может он кого-то обесчестил?

— Да кто ж на такое жаловаться будет? — засмеялась управляющая.

— Побоятся?

— Вы странное говорите. Стоит нашему сеньору заехать в деревни, так ему девственниц выставляют, чтобы он выбрал и провёл со счастливицей ночь. Обычай есть такой, что за девственность владетель должен оставить монету.

— Да? Хм… Так это ж разориться можно!

— Вот и сеньор злится! Говорит, что лучше бы нормально покормили, а не совали ему грязных девок! Да, к слову сказать, редко он ночует в деревнях, предпочитает на улице, если только совсем уж холодно, то выбирает дом посвободнее.