Книга Искра прошлого. Том 1, Наследница пламени. Том 2, страница 159 – Людмила Закалюжная

— Хочу познакомиться со свойствами этого камня, — Максим продолжал смотреть в окно на волны Странницы. — Его ведь широко используют в нашей стране. В медицине, когда страдает человек, «перегрузивший» себя защитными артефактами, и может умереть, если магию не «откачать». В банках существуют обсидиановые сейфы для хранения особо ценных артефактов. Если положить магический предмет в такую шкатулку, его силу не смогут определить воры, да и сам артефакт не сработает случайно. Кабинеты для важных переговоров облицованы обсидианом, чтобы стать «мертвой зоной» для артефактов подслушивания и магического наблюдения. А сейчас люди увидели, как его применили для разрушения, — князь повернулся. Он был серьезен и задумчив.

«А еще обсидиан может убить мага огня», — подумала я, и «Сердце Феникса» завибрировало, вторя моим мыслям.

— Боюсь, Алиса Арсеньевна, скоро нас ждут перемены, — продолжил говорить Воронцов. — Дворянство обеспокоено. За продажей этого камня всегда строго следили. Но сейчас император приказал проверить склады, а также поднять все записи покупателей обсидиана. А еще, отправил контролеров к местам, где его добывают.

— Камень дорогой, и не каждый может позволить себе его приобрести. Наверняка императорские следователи быстро найдут преступников. — заметила я, а про себя подумала: «Если так выйдут на Орден или Братство, было бы здорово». И тут же продолжила вслух: — У отца тоже есть небольшой камень, он его использует в мастерской, когда нужно проверить, не «фонит» ли изобретение лишней энергией. Обсидиан помогает создать нейтральную среду для точной настройки.

— Пойдут проверки и по мастерам, — строго сказал Максим. — И не только. Проспект Двух Лун кишит ахлимиками, среди которых есть личности, продающие обсидиан и покупающие, незаконно.

Дверь приоткрылась, и служитель вместе с помощниками вкатили в кабинет несколько тележек, груженных фолиантами, папками, подшивками старых газет и даже свитками. Служитель раскладывал их на столе с благоговейной осторожностью, словно каждое издание было бесценным сокровищем. Впрочем, для меня они и были сокровищами.

— Если что-то понадобится — дерните за шнур, — указал он на витой шелковый шнурок у камина. — Вас обслужат немедленно.

Когда дверь за служителем закрылась, мы переглянулись с князем и приступили к работе.

Первые два часа пролетели незаметно. Я продиралась сквозь генеалогические таблицы рода Волынских — сухие перечни имен, дат рождения и смерти, браков и наследования. Ничего примечательного: древний, но не слишком богатый род, всегда державшийся особняком. Отдельные представители служили при дворе, но большая часть вела тихую жизнь в своих поместьях, занимаясь… чем?

Я перелистнула страницу и наткнулась на любопытную запись в «Хрониках Тайного приказа»: «Волынский Степан Петрович, наместник, вызываем был для допроса по делу о запретных артефактах. Дело прекращено за недостатком улик, но взят под негласный надзор до конца дней».

Запретные артефакты. Я почувствовала, как кулон под платьем чуть заметно потеплел.

Дальше — больше. В мемуарах какого-то придворного мага начала века я вычитала: «Волынские слыли хранителями древних знаний о камнях, поглощающих силу. Особливо преуспели они в изучении обсидиана — мертвого камня, что глушит огненную магию. Говорят, в их родовом имении хранилась целая коллекция образцов, собранная за столетия».