Книга Искра прошлого. Том 1, Наследница пламени. Том 2, страница 61 – Людмила Закалюжная

Фролов вернулся за стол, нервно вскрыл конверт и пробежался по тексту. Затем взглянул на главаря, толстое лицо купца покрылось пятнами.

— Лилия… она зачем советнику? Я же все делаю и сделаю, дочь не трогайте, — жалобно проговорил Фролов.

— Ты молодец, Константин Борисович, — Нюхач поднялся, играя тростью с набалдашником в виде совы. — Но новые артефакты не создаются, а старые ломаются. Так откуда нам их брать? Только так, дорогой мой друг. Только так. Не беспокойся за дочь. Ей всего лишь надо пару раз встретиться с этим человеком, в разговоре невзначай рассказать об Ордене, который пытается возродить магию, и все.

— Других, что ли нет? — хмуро буркнул купец, оттопырив нижнюю губу.

— Есть, но уже примелькались, так что… подготовь дочку, к выходным выезжаем. Сегодня ближе к вечеру тебе доставят приглашение на бал к графине Белолипецкой, — Нюхач прищурился, и в его взгляде промелькнула хитрая искорка. — У советника большие планы на тебя имеются. Не подведи.

Фролов вскочил, порывистым движением бросил письмо в камин. Бумага тут же вспыхнула.

— Когда я подводил-то? — возразил Фролов, возмущенно фыркнув. — А с Красновым что делать будем?

— А это не твоя забота, — усмехнулся главарь.

Купец лично проводил гостя до выхода из склада. Воздух здесь был пропитан запахами древесины и пыли. Работники с гружеными тележками останавливались, кланялись Фролову, и снова везли коробки с товаром на погрузку.

За раскрытой дверью виднелись силуэты складов, чьи каменные стены слегка поблескивали в лучах полуденного солнца. Узкие улочки, извиваясь, уходили вдаль и терялись среди тесно стоящих домов. Вдали слышался гул городской жизни: крики торговцев, цоканье копыт по мостовой и скрип колес проезжающих телег. Веретьево продолжало жить своей жизнью как ни в чем не бывало.

* * *

Всю ночь Параша не могла уснуть. Она ворочалась в постели, и страшные мысли о Ванечке не давали ей покоя. Темные тени в углах комнаты словно шептали о неведомых опасностях, подстерегающих брата. До выходного было еще три дня, и служанка не знала, как выдержит это томительное ожидание.

Хотелось сейчас сорваться и лететь в Нижний Кром, в приют, чтобы повидать брата. Узнать, как у него дела, и попробовать поговорить с директором… А вдруг получится забрать Ванечку. Немного денег Параша подкопила. Немного, но все же… А после — упасть в ноги Арсению Петровичу и просить за Ванечку. Даже бесплатно работать, лишь бы братик был рядом.

Мрачные мысли не покидали служанку, и пока она завтракала овсяной кашей на кухне. Да и как завтракала, еле глотала — аппетита не было. Оттого вздрогнула, когда Дарья положила на ее плечо руку и спросила:

— Что случилось, Параша? — повариха опустилась рядом на стул. — Ты последние дни какая-то нервная.

Сказать или… Перед глазами возник молочник с жестким взглядом. Нет. Страшно.

— Что-то на сердце неспокойно, тетя Даша, — тихо произнесла служанка. Ком подступил к горлу, и плохое предчувствие сильнее сдавило грудь. — За Ванечку… Даже не знаю… как до выходных доживу.

— Да тут три денечка осталось. Быстро пролетят, — повариха прижала Парашу к себе.

От Дарьи пахло пирожками, молоком и… домашним теплом, что ли. Так уютно было с ней сидеть, что даже нехорошие мысли уходили.

— Что расселись? Работы нет? Сейчас хозяева проснутся, а завтрак не готов, в столовой не накрыто, — вмешался в Парашину идиллию Михаил. Девушка тут же отпрянула от Дарьи; старшего слугу она побаивалась и уважала. Строгим был Михаил, но справедливым. Просто так ругать не станет.