Книга Целительница для бывшего мужа-дракона, страница 132 – Майкл Скофилд

Недействительным.

Вот оно.

Слово, которым они хотели зачеркнуть мои три года, теперь возвращалось к ним.

Мой развод был основан на лжи.

Мое изгнание было незаконным.

Моя «слабость» — подделкой.

Но я не стала снова женой от этого.

И никогда не стану автоматически.

Я сказала это вслух:

— Решение может быть недействительным. Но брак не восстановлен. Я не возвращаюсь в Дом Рейвардов как жена, имущество, целительский ресурс или символ исправленной ошибки.

Олтан открыл рот, но быстро закрыл.

Каэл заговорил сам.

— Подтверждаю. Лиара Вейл свободна от любых брачных, родовых и имущественных обязательств перед Домом Рейвардов. Если когда-либо между нами будет заключен новый союз, он будет только по ее воле и на условиях, которые она сама примет. Без давления рода, болезни, совета или моей нужды в ее даре.

Не красивая речь.

Юридическая.

Точная.

Такая, которую можно вписать в протокол.

Я вдруг поняла, что он специально сказал это не сердцем, а законом.

Чтобы потом никто не посмел повернуть иначе.

Писарь записывал.

Очень быстро.

— Также, — продолжил Каэл, — Дом Рейвардов признает вред, причиненный лечебному дому Лиары Вейл и пограничным деревням действиями, выросшими из нашего обряда. Будет создан независимый лечебный фонд под управлением Лиары Вейл, Нерис Фаллен и представителя пограничного магистрата. Дом оплатит восстановление домов, лечение пострадавших, ремонт дорог, моста и содержание целительского ордена у границы. Без права вмешиваться в решения целителей.

Я повернулась к нему.

Он не смотрел на меня.

Смотрел на писаря.

Правильно.

Не подарок.

Не драгоценный жест.

Ответственность.

То, что нужно было записать, заверить, заставить работать.

— И еще, — сказал Каэл.

На этот раз он повернулся к совету.

— Я публично признаю: Лиара Вейл спасла жизнь наследника Дома Рейвардов, остановила распространение поврежденного Черного Пламени, раскрыла подмену брачного обряда и защитила людей у границы, когда мой дом не смог защитить даже правду в собственных архивах.

Тишина.

Не поклон.

Не титул.

Не «моя целительница».

Мое имя.

Лиара Вейл.

И то, что я сделала.

Я смотрела на бумаги, потому что смотреть на него было опасно.

Не для него.

Для меня.

Пленников допрашивали долго.

Селена сначала держалась. Потом, когда Морвен дала показания, а браслет, шкатулка и записи легли рядом, начала злиться и ошибаться. Она говорила, что хотела только защитить будущий союз. Что ей сказали: Лиара опасна. Что черная соль должна была «усмирить» связь. Что Каэл все равно должен был стать ее мужем, потому что их дома решили это еще до болезни.

— Он не вещь, — сказала я.

Селена посмотрела на меня с ненавистью.

— А ты не королева свободы, как тебе нравится думать. Ты просто получила власть и теперь делаешь вид, что она чище нашей.

Вот тут я почти рассердилась.

Почти.

— Нет, — сказала я. — Я знаю, что власть пачкает руки. Поэтому и не хочу, чтобы она была у одного человека без свидетелей.

Она не нашла, что ответить.

Лорд Арквейн держался дольше. Отрицал прямой приказ. Перекладывал на Эймара. На старые договоры. На необходимость защитить огненную линию. Потом Тиллен достал копию письма о подготовке второго круга у Черной гряды с его личной печатью. Лорд замолчал.

Эймар молчал почти до конца.

Потом сказал только: