Книга Жертва, страница 74 – Марина Эльденберт

— Хочешь, чтобы одна из этих штук оказалась внутри тебя? — спросил он, кивнув на окровавленные инструменты. — У меня есть много вариантов и ещё больше времени. Думаю, тебе не понравится, но в этом весь смысл.

До неё не сразу дошел смысл сказанных им слов. Беатрис показалось, что она бредит, потому что сквозь слезы встретилась взглядом с Сильвеном. Он без труда удерживал спящую Авелин одной рукой, она же обняла его ручками за шею, положив голову ему на плечо. От этой картины ей захотелось выть чуть ли не громче, чем от любой самой жестокой пытки.

«Я умираю. Наконец-то», — мелькнула мысль.

Она смотрела на них, не отрываясь, чтобы успеть запомнить эти черты. Смотрела, но они не исчезали, не стирались за гранью предсмертной агонии, не растворялись в ледяной темноте небытия. Осознав, что они реальны, Беатрис замерла.

Авелин жива. Сильвен спас её.

Она успела ещё перехватить недоумевающий взгляд Дмитрия, которого Сильвен едва уловимым движением отшвырнул к стене. Убивать бывшего мужа он не стал, по всей видимости, оставив для неё. Был бы её спаситель разочарован, узнав, что на счету Беатрис нет ни одной смерти?

Освободив её от мучительных пут, Сильвен зубами сдернул с руки перчатку и поднес к губам запястье.

— Пей, — это прозвучало как приказ. — Кровь ускорит заживление.

Она, словно в полубреду, подчинилась. Его кровь делала свое дело очень быстро, значительно быстрее, чем человеческая. Страшные раны начали понемногу затягиваться, она больше не ощущала себя полумертвой. Беатрис остановилась сама, отодвинула его руку, не поднимая глаз. Ей было не по себе от того, что Сильвен видит её такой. Полностью раздавленной, слабой, никчемной, грязной во всех смыслах этого слова.

— Спасибо, — вытолкнула она через силу, с трудом сдерживая слезы. Не хотела лишний раз показывать свою слабость перед ним. Получилось хрипло и сдавленно, и Беатрис знала, что крови было несоразмерно мало для восстановления после этого кошмара.

Оглянувшись на Дмитрия, который делал тщетные попытки подняться, Беатрис поднялась и приняла Авелин с рук Сильвена. Прижала к себе, как единственное бесценное сокровище. Пошатнулась, но удержалась на ногах, теперь уже хотелось плакать разве что от счастья.

— Прости, — Сильвен накинул ей на плечи плащ. — За то, что не успел вовремя. Не так давно я случайно оказался в Петербурге и узнал о том, что он вышел на твой след. Я не мог вмешаться без разрешения, поэтому потерял много времени. Беатрис!

Беатрис промолчала, игнорируя его оклик. Ничем не выдала, как отчаянно зацепила нежность в его голосе и слова «Случайно оказался в Петербурге». Наивно было полагать, что он вспоминал о ней все это время, что вспомнил хотя бы раз. Как же ей хотелось закрыть глаза, почувствовать его объятия… Знать, что она больше не одна в своем нелепом детском чувстве. Знать, что она больше не одна.

— Нужно уходить. Что делать с этой мразью? — на этот раз в голосе Сильвена сквозило отвращение, а она поймала себя на мысли, что в ней сейчас сражаются два существа, и что решение действительно придется принимать ей. Одна её часть хотела броситься на распростертого на полу мужчину и кромсать до тех пор, пока будет биться его сердце. Вторую ужасала мысль о том, что у них один разум и одно тело на двоих.