Книга Парящая для дракона. Обрести крылья, страница 141 – Марина Эльденберт

Потом я стою и смотрю, как красное небо наливается тяжелым сиреневым, а после – уже фиолетовым. В отличие от пламени моей Лауры этот цвет совсем густой, как ночная вязкая тьма.

— Ферн Ландерстерг, – через коммуникатор связывается со мной Роудхорн, – местр Халлоран уже прошел телепорт.

Значит, местру Халлорану придется немного подождать.

Я не двинусь с этого места, пока мне не доложат о том, что Оррис жива и на пути в Ферверн. К счастью, буквально через десять минут мне сообщают, что в Рагране Бермайер в срочном порядке разрешил вывезти Оррис Хэдфенгер через ВИП-окно. После этого хватаю порядком замерзшего Кроунгарда и заталкиваю в салон. Он, в отличие от меня, не настолько спокойно воспринимает Ледяную волну в обличье иртхана, поэтому сидит и трясется, клацая зубами, волосы сосульками свисают вдоль лица. Пока мы летим обратно, я думаю о том, что я все-таки выполнил обещание, данное Лауре.

Я нашел ту, которая дала ей жизнь.

Торнгер Ландерстерг

— Ардена Ристграффа реанимировали буквально на месте. Если можно так выразиться. Фактически он спас себя сам, когда замедлил биение сердца. Вряд ли Лодингер оставил бы его в живых, если бы слышал удары.

Набл его знает, почему я сейчас говорил об этом с Халлораном. По большому счету это даже не имело особого отношения к делу. Арден выжил, это задокументировано как факт, на этом можно было ставить точку.

— Лодингеры в свое время чуть не стоили мне свободы моей жены, – отстраненно заметил Халлоран. Впрочем, под этой отстраненностью я отметил вспышку алого пламени, которой полоснуло кабинет.

Нет, мы не сразу перешли к деталям. До этого обсудили ситуацию в мире и то, что в Мировое сообщество Ферверн не вернется. Не сказать, что Халлоран был доволен. Но он определенно был доволен, что Кроунгарда я ему отдаю без вопросов. Можно сказать, я сам это предложил, когда на почве выхода Ферверна из Мирового сообщества встал вопрос о том, как проводить расследование. Халлоран пообещал довести до меня сведения, которые станут известны из дальнейших допросов Кроунгарда. И еще он попросил Эстфардхара. Того, который лежал в коме.

— Он нам понадобится для допроса, – прокомментировал он.

Ну и черное пламя тоже неплохо было бы контролировать. Хотя бы какое-то.

Дальнейшую беседу с Кроунгардом проводил Роудхорн, и за время, пока я добирался до Айрлэнгер Харддарк всплыли еще кое-какие особенности моей биографии. Лауру подтолкнули ко мне из-за того, что в моем ледяном пламени изначально было черное. То есть, образно говоря, расчет был на то, что ее спящий ген активируется при взаимодействии с родственной силой. Выбрал бы я ее или нет, очень многое ставили на первую встречу.

Парадоксально, но эксперимент, в котором принимала участие Оррис, начался с меня, а точнее, с моей семьи, потому что первой, кому глубоководный дракон добровольно отдал свою кровь, была моя мать. Строительство резиденции отец задумал уже очень давно, и, поскольку он был приближенным к правящему в те времена, у него был особый допуск для поездок в пустоши. В один из вечеров он решил устроить матери романтический ужин на заснеженном берегу.

Всего этого могло бы не быть, если бы она не подвернула ногу. Неудачное падение и открывшееся сильное кровотечение (да, меня тоже могло бы не быть, потому что мама была беременна мной), ее отчаяние, боль, страх – как ни странно, именно на это пришел первый глубоководный, который захотел спасти ее и меня. Отец понимал, что до больницы он просто ее не довезет, и только поэтому решился на этот шаг.