Книга Парящая для дракона. Прыжок в бездну, страница 101 – Марина Эльденберт

Гринни, которую я сначала везла в спортивной сумке под инвалидной аэроколяской, а потом усиленно запихивала в первый попавшийся заказной флайс, озираясь так, будто ограбила банк без маски, спокойно спит на роскошном диване. Мне спать сегодня точно не грозит, по всем законам жанра я должна валиться с ног, но я чувствую себя адреналиновой куклой.

Поэтому, когда за спиной раздаются шаги, даже не вздрагиваю. Просто оборачиваюсь и встречаю взгляд Бена.

— Все еще не спишь?

— Я же сказала, что тебя дождусь.

— А я обещал все рассказать. Помню.

Когда он объяснил, как мне нужно выйти из дома, я подумала, что оказалась в фильме про Баррета Крэйна. Потому что мне никогда бы в голову не пришло выходить из дома в парике и с соседкой в инвалидном кресле, а виари, которой Бен лично вколол снотворное, тащить в приоткрытой сумке для фитнеса. И уж тем более не сдавать потом пожилую женщину на руки мужчине с непробиваемой физиономией, который обещал доставить ее обратно (точнее, это обещал Бен, мужчина просто перехватил у меня ручки коляски и ушел, оставив меня с Гринни и сумкой).

Бен попросил ему довериться, и я доверилась.

Наверное, я никогда в жизни никому так не доверялась, как сегодня – ему.

— Пойдем. – Он кивнул в сторону дивана, но я осталась на месте. Бен помолчал, потом все-таки произнес: – Помнишь, я говорил тебе о том, что мой отчим – не простой иртхан?

Очень непростой, если сумел провернуть то, что провернул.

— Он уехал из Раграна консулом. Долгие годы просто консулом он и был, но после смерти матери все изменилось. Его хотели отозвать из-за того, что его личная потеря могла повлиять на его работу, но не отозвали. Правительство Раграна решило, что в Ферверне он будет нужнее. Его связи открывали многие двери, а его статус не позволял заподозрить ничего лишнего. До определенного момента он был и консулом и поставщиком информации о некоторых важных вещах, доступ к которым в Ферверне было получить не так просто.

Про Баррета Крэйна я не ошиблась.

— Твой отчим был секретным агентом? – уточнила я.

— Это слишком попсово. В какой-то мере да. Сейчас он начальник внутренней и внешней разведки или, попросту говоря, второе лицо Раграна после Бермайера.

Бермайер – Верховный правящий Раграна, как Торн в Ферверне, и если отчим Бена стоит после него, все вопросы по поводу случившегося отпали. Точнее, один остался. И весьма существенный.

— А ты? – спросила я, глядя на Бена в упор.

— А я кардиохирург. И благодаря отчиму частично параноик, хотя именно паранойя по большей части вытаскивала меня из многих ситуаций, которые я просчитывал заранее. Например, при создании частной клиники меня хотел нагреть деловой партнер.

— Но ему это не удалось.

— Нет. – Бен покачал головой.

— Вообще-то, это называется интуиция, а не паранойя.

— В моем случае паранойя. Иначе бы я не сказал тебе про тест на беременность.

Тест на беременность.

Да. С него все началось, и стоило мне только представить, какую цепочку событий я запустила покупкой этих двух запечатанных упаковок, впору было рвать волосы на голове. Но волосы мне были еще нужны, а с головой придется провести профилактическую работу, чтобы больше не делать глупостей.

— Почему ты мне сразу не сказал?

— О чем? О том, что Торнгер Ландерстерг снял слежку за тобой и установил ее за мной?