Книга Парящая для дракона. Прыжок в бездну, страница 98 – Марина Эльденберт

Когда вызов оборвался, предложив мне оставить голосовое сообщение, я выдохнула и отшвырнула от себя смартфон, как если бы он мог ужалить. Чтобы спустя мгновение услышать звонок и увидеть на дисплее номер.

Который я очень хорошо знала.

Мне надо ответить. По всем законам логики мне надо ответить – я ведь первая ему позвонила и даже, наверное, знала, что собираюсь ему сказать. А что я собираюсь ему сказать? Папаша Эллегрин Рэгстерн только что сообщил, что ты арестовал Ардена и отправил его под трибунал? Не потрудишься ли объяснить за что?

Я тихо дышу, точнее, пытаюсь тихо, а получается, как получается. Что на самом деле нас связывает, если одна мысль о телефонном разговоре вытряхивает из меня все, что называется внутренностями?

К счастью, звонок обрывается и больше уже не повторяется, а я сижу, обхватив колени руками, и смотрю на смартфон.

Однажды я пришла к нему с Гринни, чтобы попросить оставить ее с Верражем. Что было дальше, я помню слишком отчетливо. Наверное, гораздо лучше, чем все хорошее, что между нами было. А может быть, и нет.

Как бы там ни было, после одного звонка (который даже не состоялся) у меня вообще нет ни малейшего желания что-либо делать. Я сползаю на диван – благо у Бена на нем можно разместиться хоть по диагонали, хоть по горизонтали, вытягиваю ноги, потом, наоборот, подтягиваю колени к груди и сворачиваюсь комочком.

Это разрушительное чувство, а если быть точнее, разрушительная связь обмоталась вокруг горла как пуповина, и, сколько бы я не пыталась ее разорвать, она все равно возвращается общими знакомыми. Ошибками. Чем-то, что мне вообще неподвластно.

Гринни подползает ко мне, виррчит и пытается покусать свесившиеся на пол пальцы. Только когда понимает, что играть я не в настроении, грустно вздыхает и вытягивается рядом вдоль дивана. Не знаю, сколько я так лежу – в попытках понять, что у меня в жизни происходит, соскальзываю в сон. Во сне бегаю по пустоши, за мной гоняется ледяной дракон и пытается сожрать. Я проваливаюсь в какую-то пещеру, и он проваливается следом за мной. Рычит, из ноздрей вырывается дым, а взгляд заставляет цепенеть, словно приковывает к месту.

То, что это сон, я понимаю, когда надо мной раздается голос:

— Вот так придешь на обед, а она тут спит!

Я продираю глаза – вернее, пытаюсь их открыть, но веки тяжелые.

— Лаура? – Бен склоняется надо мной. – Лаура, все хорошо?

— Все, – говорю я.

Пытаюсь сесть, но что-то меня не пускает. Вижу, как Бен меняется в лице.

Только сейчас понимаю, что моя одежда примерзла к дивану и к коже. Корка льда разрастается под моим телом, но я совсем не чувствую холода.

— Тихо, – говорит Бен, прежде чем я рванусь и оставлю часть блузки вместе с кожей на диване. – Тихо.

Он садится рядом со мной, обнимает меня, и странное тепло окутывает с головы до ног.

— Ты что делаешь? – спрашиваю шепотом.

— Это и называется «вливание пламени».

Если это называется «вливание пламени», то оно точно не имеет никакого отношения к сексу. Я чувствую, как сквозь меня течет согревающий жар, успокаивающий, расслабляющий, и нет ничего в мире уютнее этих объятий. Веки, которые еще пару минут назад казались просто неприподъемными, сейчас становятся легкими. Я чувствую себя так, словно отдыхала недели две, причем отдыхала от шезлонга до кровати в номере, а все вокруг носились с опахалами, исполняя малейшее желание по первому требованию.