Книга Парящая для дракона. Прыжок в бездну, страница 32 – Марина Эльденберт

Теперь это был самый обычный Торн, но самый обычный Торн на моих глазах стал совершенно другим. Далеким, незнакомым, опасным.

Настолько опасным, насколько может быть дракон.

Да, я действительно слишком мало о них знаю. Но что самое интересное…

— Я ничего не знаю о драконах, – подтвердила я, шагнув к нему. – Но больше ничего не хочу о них знать. И я искренне счастлива, что детей у нас нет.

Теперь я знала, что он меня больше не остановит, поэтому повернулась и вышла. Спокойно – на первый взгляд, хотя я поклясться могла, он чувствовал каждый мой удержанный вздох, даже самую тонкую дрожь в каждой клеточке тела, каждый удар сердца, падающего вниз. Возможно, даже струйку холодного пота, сбежавшую по спине.

Мог ли он просто швырнуть меня на стол лицом вниз? На секунду мне показалось, что да. Но быть в этом уверенной я не могла, потому что я действительно ровным счетом ничего о драконах не знала.

— Ферна Хэдфенгер, ваше пальто. – Молодой человек шагнул ко мне, а девушка – второй секретарь была занята тем, что вытаскивала Гринни из-под стола. Впрочем, вскоре это занятие стало бессмысленным: увидев меня, виари с верещанием метнулась через всю приемную, взлетела на своих тонких крылышках и плюхнулась прямо в подставленные руки.

Я обняла ее, прижала к себе и поспешно выбежала из приемной. Мне было не до этикета и не до мыслей о том, как я выгляжу. Сердце бешено колотилось, воздуха не хватало, поэтому я свернула в первый попавшийся коридор, уткнулась лицом в густую шерсть и замерла.

— Я что-нибудь придумаю, – пообещала шепотом. – Я обязательно что-нибудь придумаю. Мы найдем способ тебя вывезти, слышишь?

Гринни пискнула, и я поняла, что слишком сильно ее сдавила.

— Прости. Пойдем, зверь.

Зверь заурчал, громко сопя носом: судя по всему, страху он пережил столько же, сколько и я, если не больше. Стоять здесь под прицелами камер, которыми Айрлэнгер Харддарк нашпигована, как булочка шоколадными каплями, мне не улыбалось, поэтому я глубоко вздохнула и вернулась к лифтам. После случившегося мне совершенно точно было безразлично, кто и как на меня посмотрит, а Сэфл, едва заметив, что мы вышли из лифта, стремительно шагнул к турникетам.

— Давай ее мне, – произнес он, наткнувшись взглядом на мое лицо.

Я покачала головой.

— Не надо.

— Она же тяжелая.

— Совсем нет. Правда, пушистик?

Пушистик взвиркнул, а я судорожно вздохнула.

— Мне даже не хочется спрашивать, как все прошло.

— И не надо.

Сэфл открыл передо мной дверцу флайса, и я почти упала на сиденье. Гринни немедленно сползла с рук, плюхнулась на спину и задрала лапки кверху.

— Это что еще такое? – поинтересовался Сэфл.

— Она пережила стресс.

— Только она?

— Не надо, – повторила я.

— Надо или не надо, а подвинуться вам придется. – Сэфл усмехнулся.

— Смотрите, чтобы она не испортила мне обивку! – вмешался водитель.

— Не испортит. – Снова подхватив Гринни на руки, я подвинулась, чтобы Сэфл мог сесть. – Мы недавно постригли ей когти.

В ветеринарной клинике Гринни и правда подстригли когти (и это очень ей не понравилось), но теперь она не могла превратить мою руку в лоскутки. Впрочем, когти тоже были международным требованием к перевозке, равно как и то, что ни один человек не сможет перевезти виаренка без кристалла.

Ни один…