Книга Парящая для дракона. Прыжок в бездну, страница 33 – Марина Эльденберт

— Сэфл, – сказала я внезапно севшим голосом. – Ни один человек не сможет перевезти виари без кристалла.

— Да, я это уже слышал, – ответил он. – И…

— Человек, понимаешь? – Я повернулась к нему. – Ни один – человек.

Кажется, он понял. На мгновение даже показалось, что вот-вот улыбнется, но вместо этого Сэфл нахмурился.

— Лаура, я невыездной, – произнес он. – И ты прекрасно это знаешь. К тому же надо как минимум оформить новый паспорт, составить договор купли-продажи, и…

— Бен. – Я перебила его.

— Что – Бен?

— Бен тоже едет в Рагран. Он уже уехал?

— Насколько я знаю, нет. Но, Лаура, эта идея еще хуже, чем…

— Я знаю, что у него мерзкий характер, и я знаю, что мы с ним совершенно несовместимы на нескольких квадратных метрах. Но ради Гринни я об этом забуду. Если ты поможешь устроить нашу встречу, я…

— Лаура, Лаура, стоп! – Сэфл вскинул руки вверх. – Ты слишком быстро говоришь, я за тобой не успеваю. Это первое. И второе. Мы больше не общаемся.

Мимо нас пронесся яростно сигналящий флайс, я вздрогнула, обернулась к окну, и только тут до меня дошел смысл последних слов Сэфла.

— То есть как – не общаетесь?

— То есть так. После того, что у нас случилось, я слишком жестко расставил все точки, поэтому…

— Поэтому мне придется ехать к нему самой.

— Драконы, – пробормотал Сэфл. – У тебя вообще есть тормоза, женщина?

Гринни играючи прикусила мой палец (мне бы так: только что вся дрожала, а уже играет).

— У меня ощущение, что я тормозила всю жизнь, – ответила я, не позволяя покусать палец еще сильнее. – Больше не собираюсь. Если мне что-то нужно, то без разницы, кто и как ко мне относится. Откажется он – найду кого-то еще.

Я выпалила все это на одном дыхании, глубоко вздохнула и откинулась на спинку сиденья. Напряжение выходило из меня вот так: рваными выдохами и поспешными фразами, мыслями о том, что я буду делать дальше. Буду. Все сделаю, чтобы забрать Гринни с собой, но в Ферверне ее не оставлю. А ведь Торн прекрасно все это знал – знал, что мне не позволят ее увезти без кристалла. Знал, что я не стану ставить этот кристалл. Знал, что я приду к нему – наверняка знал!

Я не была иртханессой, но то, что сейчас проснулось во мне, могло заменить с десяток озверевших драконов.

— Лаура, – прервал мои мысли Сэфл, и я повернулась к нему, – Бен – не самый лучший вариант…

— Я…

— Я не собираюсь тебя отговаривать. Бен – не самый лучший вариант. Но он – вариант, это правда. Я ему позвоню.

Я посмотрела в глаза этому мужчине. Мужчине, безумно любящему мою подругу. Мужчине, который взял отпуск на службе, чтобы носиться со мной и оберегать от желающих вытряхнуть из меня остатки сердца журналистов. Мужчине, который сделал для меня больше, чем кто бы то ни было, который сейчас вез меня к моему брату. Мне хотелось плакать, но вместо этого я улыбнулась.

И сказала:

— Буду очень тебе благодарна.

— Столько суеты из-за мелкой чешуевины с лапами. – Когда мы вышли из ветклиники, Бен протянул мне карточку ветпаспорта. – Держи, бывшая владелица. Пусть до завтра побудет у тебя.

«Сам ты чешуевина с лапами», – подумала я, а вслух сказала:

— Спасибо.

— Я это делаю не ради тебя, не обольщайся.

— На каком именно заявлении мне стоит не обольщаться? Когда ты говоришь, что это делаешь ты, или когда ты говоришь, что делаешь это не ради меня?