Книга Парящая для дракона. Прыжок в бездну, страница 70 – Марина Эльденберт

Я должна была сделать это еще на празднике, но я делаю это сейчас.

Полет раскрывается в тонком, едва уловимом мгновении, когда я действительно лечу, пальцы обнимают ленты, а они меня. В самой высокой точке я смотрю вниз, солнца уже нет, сейчас есть только лампы, и в этом холодном свете под прицелами камеры фотографа я чуть расслабляюсь.

И падаю вниз.

Раскручиваясь на лентах все ниже, ниже, ниже, быстрее, от вдоха до выдоха, до чьего-то крика, чтобы остановить падение за несколько миллиметров над сценой.

И коснуться босыми ступнями прохладной поверхности, напоминающей зеркальную плитку. Фотограф продолжает снимать, все остальные застыли статуями. Ветер отбрасывает волосы с лица, меня на миг опять ослепляет вспышка, а после я вижу Бена. Он стоит чуть поодаль, и стоит мне замереть, срывается с места. Совершенно беспардонно оттолкнув стилиста, просто хватает меня за руку и тащит за собой.

— Стой! – говорю я. – Да стой же. У меня фотосессия!

Бен останавливается, но только для того, чтобы стянуть куртку и набросить мне на плечи, и этого времени хватило для того, чтобы Лари шагнула к нам.

— Слушай, ты, набл с горы…

Я не увидела, а скорее почувствовала, как вспыхнули его глаза. Потому что харргалахт тоже вспыхнула.

— Ты вытащила мою женщину полуголую на улицу? – поинтересовался он. – И заставила ее рисковать собой?

У Лари натурально отвисла челюсть. У меня же ее, попросту говоря, заклинило, потому что как иначе объяснить то, что я даже ничего сказать не смогла, даже когда Бен подхватил меня на руки и понес к лифтам? В лифте я честно попыталась что-то сказать и не смогла снова. Потом была попытка на подземной парковке. Но расклинило меня, только когда я оказалась внутри его флайса, по-прежнему в его куртке, и когда дверца опустилась – бесшумно, а салон стал стремительно прогреваться.

— Это что только что было?

Ответа не последовало, поэтому я предприняла вторую попытку:

— Бен! У меня фотосессия!

Флайс никуда не двигался, я нажала кнопку открытия двери, но она не сработала. Я резко обернулась к нему в тот же момент, когда он резко обернулся ко мне.

— Ты чем вообще думала, Лаура?!

— Голос на меня не смей повышать! – огрызнулась я. – Чем я думала – не твоя проблема. Эта фотосессия – мой заработок на три месяца.

— Я о том, что ты полезла туда без страховки. В холод. У тебя вообще мозги есть?!

— Открой дверь!

Вместо того чтобы открыть дверь, Бен коснулся панели зажигания.

— Ты меня вообще не слушаешь?!

— Нет, – прорычал он. – Это ты меня не слушаешь! Адреналин и гормоны, я все понимаю, но ты сейчас рисковала не только собой, но и ребенком! Тебя это абсолютно не смущает? То, что на первых месяцах не стоит переворачиваться вниз головой, – тоже? Хотя твоей голове это абсолютно не повредит, хуже уже не будет.

Я на миг опешила, а после просто рванулась к нему, намереваясь как следует врезать кулаками по его груди. Он перехватил меня раньше, чем я успела это сделать, перехватил и дернул на себя, и я впилась злым поцелуем в его губы. Хотя по-хорошему стоило сказать – укусила, во рту мгновенно полыхнуло металлическим привкусом, и в то же мгновение полыхнули его глаза и харргалахт. Его ладонь сжалась на моих волосах, горячие пальцы продолжением скользнули по шее. Я потерялась в этой странной, грубой и злой ласке, падая в нее и вцепляясь пальцами в его плечи, – до боли, до прерванного судорожного вздоха, когда по губам скользнул холодный воздух.