Книга Бунтарка и Хозяин Стужи, страница 114 – Валерия Чернованова, Марина Эльденберт

— Я должна побывать там. Должна понять… Не могу объяснить почему, но я чувствую, что мне нужно туда.

Вполне возможно, Оллина Селланд никогда не появлялась в родовом гнезде Эдана Родуэлла. Неизвестно, зачем он ее забрал, куда отвез, что с ней сделал. Но Хьяртан предпочел промолчать, боясь погасить надежду в прекрасных глазах.

— Хорошо. Но, как уже сказал, от нас ни на шаг.

Ливия улыбнулась.

— Ты мне все утро это повторяешь. Клянусь и обещаю.

— Просто я тебя знаю… – Сдавшись, Хьяртан поравнялся с Бьяртмаром и приказал: – Не спускай с нее глаз. Если кому я и могу доверить Ливию, так только тебе, брат.

— Не спущу и в обиду не дам, – твердо проговорил Снежный.

Дойнарт не пожелал принять участие в аресте Родуэлла, заявив, что дурная девчонка (так он пренебрежительно отзывался о Ливии, чем в иные моменты доводил Хьяртана чуть ли не до бешенства) просто все выдумала. А если и не выдумала, зачем ворошить столь давнее прошлое.

И правда, зачем арестовывать совершившего преступление подонка!

Хьяртан плохо помнил эрцгерцога, столицу тот покинул много лет назад. Но в памяти сохранились обрывки придворных сплетен, и теперь, наведя о Родуэлле справки, его величество пришел к выводу, что эрцгерцог был той еще скотиной. В те далекие времена, когда был молод, как сейчас Хьяртан, он успел похоронить трех жен, одна из которых, поговаривали, сама ушла из жизни, не вынеся брака с чудовищем. Что стало со Снежным после его изгнания из Леверны, Хьяртан не ведал, но теперь был полон решимости и желания узнать.

— Отправляемся, – велел он и, бросив взгляд на Ливию, стал создавать портал.

Взметнулся снег, завившись блестящей белесой пылью. Зашумел, завертелся, раскрываясь дорогой, ведущей к владениям Родуэлла. Всего несколько мгновений, и вот уже из морозного ясного утра и безмятежных видов Эрнхейма они шагнули под низко нависшее над хребтами гор мрачное небо. Словно огромные пасти гротхэнов сомкнулись тучи над снежными пиками, оплетая сизым маревом каменистые склоны. И точно такой же туман вился подобно поземке, стелился по дороге, путаясь под копытами лошадей.

— Думала, мы попадем прямо в его замок, – растерянно пробормотала Ливия, глядя на вырисовывающуюся впереди мрачную крепость.

Серая лента оборонительной стены, высокие, похожие на шахматные фигуры башни, такие же серые и мрачные, как весь замок. В его окрестностях даже снег казался грязно-серым, холод еще более лютым, а каждый вздох будто вымораживал изнутри.

— Охранные чары не позволят, – объяснил Хьяртан и пробормотал, обращаясь скорее к самому себе, чем к девушке: – Будем надеяться, Родуэллу хватит ума не сопротивляться и впустить нас.

Очередной приказ, и отряд устремился к перекинутому через ров мосту, а им навстречу уже спешили трое всадников в развевающихся на ветру черных плащах.

Ливия Селланд

Я не стала рассказывать Фабиану о своем видении, боялась дать ему ложную надежду, как давала уже не раз, обещая, что он обязательно исцелится. Но если в его исцеление я по-прежнему искренне верила, верила, что однажды он снова будет ходить, то в возвращение мамы…

Прошло десять долгих лет с тех пор, как ее забрал у нас этот бессердечный монстр. А как еще назвать Снежного, отнявшего у детей мать, а у любящего мужа жену? Помню, как страдал папа, помню, как страдала я, оставшись без мамы. Без с той, с кем было связано столько светлых, чудесных воспоминаний.