Книга Последняя легенда, страница 79 – Лена Обухова

— У нас есть доказательства того, что все это время ты продолжал общаться с Мельник, – заявил он, протягивая салфетки Савину.

— У вас не может быть таких доказательств! – огрызнулся Савин, вытирая ими кровь.

Он оставался на полу, то ли не чувствуя в себе сил подняться самостоятельно, то ли просто надеясь, что Соболев не станет бить лежачего. Точнее, сидячего.

— Мы только что получили распечатку звонков с телефона Софии, который нашли в ее деревенском доме, – пояснил Карпатский, присаживаясь на корточки рядом с ним и демонстрируя ему экран смартфона, на котором вывел присланный Логиновым документ. – Видишь подсвеченный номер в списке? Это твой. Последний раз она звонила тебе вчера утром. А до этого в июле. С первого по шестое число она звонила тебе трижды!

Савин только нахмурился, всматриваясь в экран. То ли действительно был удивлен, то ли понял, что попался, и пока не понимал, как вывернуться.

— Она мне не звонила, – только и смог пробормотать он. – Ни разу за последние три с лишним года…

— Какой смысл сейчас врать и отпираться? – Соболев упер руки в бока, угрожающе нависая над ним. – Вы с самого начала были заодно, а твои якобы провидческие сновидения не что иное, как манипуляция! И книгу ты забрал для нее!

— Если бы это было так, то зачем бы я привез ее обратно? – Возмутился Савин уже громче, словно вдруг почувствовав почву под ногами. – Чтобы вы ее у меня забрали?

— Зачем София Мельник звонила тебе вчера ранним утром? – настойчиво, но при этом нарочито спокойно, словно решил занять позицию «хорошего полицейского», спросил Карпатский. – А в июле? А восемнадцатого июня?

Савин только отрицательно мотал головой, лишь услышав последнюю дату, вдруг замер, снова нахмурился и посмотрел на Карпатского уже немного иначе.

— Восемнадцатого июня? – переспросил он. – Тоже утром, да?

Карпатский сверился со списком.

— Поздним утром, скорее. Почти днем.

— В то утро меня разбудил какой-то спам-звонок. То есть я так подумал, потому что в трубке были только какие-то шумы, а потом вызов сбросили. Так бывает, когда робот дозванивается, а переключить на оператора или включить записанный текст по какой-то причине не может… Это был единственный звонок тем утром. Со мной никто не говорил, мне только звонили!

— И ты так хорошо это запомнил? – усомнился Соболев. – Спам-звонок двухмесячной давности?

— Я хорошо запомнил то утро! То есть… день, – принялся торопливо объяснять Савин. – Чуть позже я собрался ехать на озеро и едва не упал в шахту лифта, потому что кабина не приехала. Такое со мной случилось впервые в жизни, я очень испугался! Потому что если бы сделал еще шаг – разбился бы насмерть, у меня тринадцатый этаж… Но потом случилось нечто еще более странное: когда двери закрылись, я нажал кнопку вызова еще раз, и они сразу опять открылись, кабина никуда не ехала, потому что уже стояла на месте! Такие вещи делают день запоминающимся…

— Что ты нам мозги крутишь? – тихо и зло спросил Соболев, наклоняясь вперед, словно собираясь все-таки врезать Савину снова.

— Ничего я не кручу, я правду говорю! Посмотрите по своей распечатке: я хоть раз сам звонил Софии? Или только она мне? Но откуда я тогда мог знать, что это она, если она звонила и только молчала?

— А зачем ей было это делать? – не унимался Соболев. – Вряд ли она скучала по звуку твоего голоса! Очевидно же, что ты не главный герой ее романа!