Книга Переплетённые судьбы, страница 72 – Ариана Баженова

— Мы как-то централизованно это снимаем? — тут же пришло мне сообщение от Лео.

— Наверное нет, каждый по своему блоку. Можем встретиться в конференс-зале в час и записать, — напечатала я.

На сердце стало тепло. Вместо того, чтобы обратиться к организатору напрямую, он предпочёл написать мне. На внешнем уровне он храбрился, был звездой, мог найти общий язык с любым, но на самом деле по вопросам предпочитал обращаться к сдержанной рассудительной девушке на десять лет младше него, которая долго и терпеливо позволила к себе привыкать.

Перед уходом на съемки я погрузилась в работу, чтобы успеть закончить отчёт. Нутром я чувствовала, как в воздухе висит какой-то невысказанный вопрос, но решила не отвлекаться на него. Тем не менее, он всё же меня настиг.

— А вы со Львом ничего так вчера смотрелись! — слова Анжелы грянули посреди тишины кабинета, как гром среди ясного неба.

Я резко подняла голову и увидела, что моя коллега, с которой я доверительно поделилась секретом осенью, смотрит на меня с лукавой улыбкой. Эта фраза прозвучала неожиданно, но я чувствовала, что она назревала в ней всё утро. Это было утверждение, подразумевающее под собой вопрос — «Что между вами происходит?»

Я вспомнила, как в тот день на нас мельком бросали удивленные взгляды многие из участников — у необычной картины набралось тридцать свидетелей. Неужели это и правда так очевидно? Многим ситуация стала понятна без слов. Быть может, кто-то даже видел в окно наш побег вглубь Петроградского острова.

— Ох, спасибо! Да мы что-то, не сговариваясь, нарядились в деловые костюмы тогда. Это ведь важное мероприятие, — я играючи перенаправила русло разговора, отдавая себе отчет, что мы «хорошо смотрелись» явно не только в плане внешности. — Прости, мне пора бежать.

Так или иначе, у нас есть свидетели. Ситуация набирает обороты. Очень странно, что это совсем не пугает меня — я не боюсь ни сплетен, ни осуждения.

Ещё бы! Ведь я сама могу осудить себя строже, чем кто бы то ни было. Но когда я думала о Лео, то внутри рождалась лишь решимость быть вместе с ним. Угрызения совести странным образом отступали.

Я схватила блокнот и вылетела из кабинета на встречу с героем моих снов. Сердце неровно стучало. Мы вошли в пустынный конференс-зал. Просторная комната была погружена в сумрак, лишь тусклый свет ламп у сцены освещал первые ряды кресел, обитых синей тканью. Сев на кресла рядом со сценой, мы разложили тетради на стоящем рядом столе и настроили камеру на телефоне, чтобы записать объяснение задания для участников программы.

— А что мы им говорить-то будем? — недоуменно спросил Лео.

— Я не знаю, еще не придумала. Есть идеи?

Мы принялись вместе накидывать предложения, выдумывая задания на ходу. Наконец Лео уверенно схватил мою тетрадь и принялся размашистым почерком резюмировать наши мысли. Я с теплотой наблюдала, как он оставляет следы на моей бумаге — на его неровные строчки я потом долго буду смотреть с придыханием и улыбкой, маленький след его присутствия в моей жизни.

— Какой у тебя почерк! Только ничего не понятно.

— Изначально я хотел поступать на фармацевта. И почерк соответствующий! Но как-то не сложилось.

Мы бегло повторили речь и сели перед камерой. Лео недовольно обернулся на кафедру, стоящую на сцене и залезавшую в кадр. Мы могли бы просто подвинуться на соседние сидения, но он вскочил и принялся поднимать ее и перетаскивать на другой конец сцены. Я с улыбкой наблюдала за его демонстративными попытками показать свою физическую силу.