Книга Выход в клетку, страница 50 – Лана Фрейтаг

Она подняла руку и коснулась его лица.

Большим пальцем провела по скуле, ниже, к жесткой линии челюсти. Волк слегка прикрыл глаза.

— Ты не встретил меня, — сказала она тихо.

Он открыл глаза.

— Если бы встретил, забрал бы тебя прямо из аэропорта не сюда.

У Ники пересохло во рту.

— А куда?

— Неважно.

— Волк.

— Важно, что на тренировке я хотя бы успел остыть.

Она посмотрела на него и поняла, что он не шутит.

Он поднялся на локте, нависая над ней. Майки на нем не было. На плечах и груди еще держалась тяжелая усталость после тренировки. Ника почувствовала его колено у своего бедра, тепло его тела, запах душа и кожи. Ей стало мучительно ясно, как сильно она скучала.

— Ты спала? — спросил он.

— Кажется.

— Ела?

Ника усмехнулась.

— Ты серьезно сейчас?

— Да.

— Кофе считается?

Его взгляд потяжелел.

— Так, понятно.

Несколько секунд они просто смотрели друг на друга. Потом Ника сама потянулась к нему. Словно проверяла, можно ли еще. Можно ли после чужого брака, чужой постели, чужих обещаний, после недель молчания и невозможности сказать вслух, что все это давно не похоже на ошибку.

Волк выдержал эту секунду.

Только одну.

Потом наклонился и поцеловал ее.

Так, будто хотел запомнить, что она сама потянулась первой. Ника ответила сразу, и этого хватило, чтобы он перестал быть осторожным. Его ладонь скользнула ей под затылок, пальцы вошли в волосы. Ника тихо выдохнула ему в рот и вцепилась в его плечо, чувствуя под ладонью горячую кожу и твердую усталость тела, которое еще недавно работало на пределе.

Волк целовал ее так, будто злился на каждую минуту, когда ее не было рядом.

На Сингапур. На Дениса. На ее молчание. На собственное ожидание. На все чужие руки, маршруты, договоры и решения, которые стояли между ними слишком долго.

Его рука скользнула по ее спине, ниже, к талии, сжала ткань майки. Ника тихо втянула воздух, когда его пальцы коснулись голой кожи. Волк сразу услышал. Отстранился на пару сантиметров, посмотрел ей в лицо, и в этом взгляде было столько темного, голодного напряжения, что у нее дрогнули пальцы на его плече.

— Скажи мне сейчас, если ты приехала прощаться, — произнес он.

Ника замерла.

Вот оно. Страх, замаскированный под угрозу.

Она медленно провела ладонью от его плеча к шее, почувствовала, как под пальцами бьется пульс.

— Я не прощаться приехала.

Он перекатил ее под себя, удерживая вес на руках, чтобы не придавить полностью, но Ника все равно чувствовала его всем телом. Его бедро между ее ног, жесткую линию живота, горячую кожу, тяжелое дыхание. Простыня сбилась под ними, майка задралась выше.

Где-то на краю сознания мелькнула мысль о телефоне.

О Денисе.

О том, что она не ответила ему после посадки.

О том, что сейчас, возможно, уже поздно делать вид, будто ничего не случилось.

Телефон Волка завибрировал где-то на полу.

Они оба замерли.

Звук был коротким, но резким. Совсем чужим в этой комнате, где секунду назад существовали только кожа, дыхание и сорванная после долгого ожидания близость.

Волк не сразу отстранился.

Сначала закрыл глаза, будто пытался решить, может ли позволить миру исчезнуть еще на минуту. Потом выругался тихо, почти беззвучно, и потянулся к телефону.

Ника осталась лежать на спине, все еще тяжело дыша, с задравшейся майкой и горящей кожей. Ей хотелось сказать, чтобы он не брал. Чтобы выключил. Чтобы хотя бы здесь, хотя бы сейчас, никто не влезал между ними.