Онлайн книга «Он принадлежал работе. Пока не взял её»
|
Она положила руку в области живота и размышляла: «Видимо, это проклятие нашей семьи - растить своих детей в одиночку. Сначала дедушка, потом моя мама, теперь я… Но, может, всё ещё обойдётся, и я вовсе не беременна, это просто гастрит*». В итоге она сумела утихомирить тревожные переживания и уснула. Ранним утром первое, что она почувствовала, - тошноту. Она поморщилась, понимая, как это похоже на токсикоз, но, не теряя надежды, начала собираться в клинику, игнорируя завтрак. После ночных раздумий она удивлялась себе: как же она, врач-педиатр, не заподозрила у себя беременность? Ведь её уже неделю тошнило по утрам - это же явный признак. Впрочем, «сапожник без сапог» - обычное дело в любой профессии. Сегодня ей нужно было прийти на работу пораньше, чтобы узнать результаты ХГЧ до начала своего рабочего дня. Когда Даниил Сергеевич подходил к своему кабинету в начале рабочей смены, Анастасия уже сидела возле двери. Он пригласил её войти. Врач включал компьютер и надевал халат, а Настя чувствовала нарастающую тревогу и едва могла усидеть на месте, теребя подол своего платья. Наконец он открыл файл с анализами и, повернув экран монитора к Анастасии, произнёс: «Что ж, судя по анализу, беременность не только состоялась, но есть даже вероятность двойни. ХГЧ - 70 мМЕ/мл для вашего срока - это выше среднего. Поздравляю, коллега. Никакой болезни нет, просто зарождается новая жизнь. Я очень рад за вас с Андреем Семёновичем!». Анастасия смотрела на цифры, пробегая по ним глазами снова и снова, сверяя со своей фамилией в бланке, будто не веря, что они настоящие. Она сидела, открыв рот и высоко подняв брови, забыв, как дышать. Этого она больше всего и боялась, до последнего надеясь на гастрит. А слова о вероятности двойни окончательно добили её. Она побледнела и пошатнулась. Даниил Сергеевич отреагировал мгновенно, доставая нашатырь и вызывая медсестру (их беседа проходила один на один в связи с её статусом сотрудницы клиники). Но когда до Насти дошёл смысл фразы «…рад за вас с Андреем Семёновичем», она тут же пришла в себя и, отодвигая в сторону нашатырь, который сейчас казался особенно мерзким, заговорила: «Даниил Сергеевич… пожалуйста, не надо медсестру. А ещё - я вас очень прошу, удалите все сведения о моей беременности из базы, передайте результаты и документы мне лично в руки для сохранности этой тайны» - дыхание Насти сбивалось, но она подстроилась и собравшись с мыслями, продолжила - «Вы даже не представляете, насколько хитрыми бывают журналисты. Они способны подкупать людей, взламывать системы безопасности, лишь бы добыть информацию. Что будет, если они узнают, тем более накануне свадьбы? А это - мой личный секрет. И я не даю вам разрешения сообщать об этом Андрею. Только я имею на это право. Вы обязаны сохранять анонимность пациентов». Анастасии нужно было убедить врача сохранить тайну, и она придумывала на ходу. Даниил Сергеевич, кивая головой, ответил: «Конечно, я всё сделаю. Я оформлю приём как завершённый и укажу в диагнозе код К30. По МКБ* это лёгкое расстройство пищеварения, проходящее самостоятельно. Вас устроит?» «Да. И ни слова Андрею, даже намёка. Я могу на вас положиться?» - спросила она взволнованно. «Даю вам слово. Я и не планировал афишировать данные моего пациента, это противозаконно и вы это знаете. Никто не узнает вашей тайны», - несколько раздражённо ответил он, думая, что его подозревают в непрофессионализме. |