Книга Музыка дождя, страница 99 – Елизавета Рождественская

— Ты уверена?

Вопрос повис в воздухе. Мария посмотрела Рику в глаза — зелёные, с тёмными крапинками около зрачков — и кивнула.

— Скажи, — потребовал Рик.

— Уверена, — сказала она.

Собственный голос показался чужим… низким, хриплым. Рик снова закрыл глаза. На секунду, будто принимал жизненно важное решение. Резко выдохнув, он подхватил Марию под бёдра. Она испуганно вскрикнула, инстинктивно обхватив его ногами, словно маленькая обезьянка. Теперь их лица были на одном уровне.

— Ты убиваешь меня, — бросил он, снова целуя её в губы.

Мария только крепче вцепилась в широкие плечи, когда в два шага Рик преодолел расстояние до кровати. Они снова замерли. Не удержавшись, она уткнулась лицом в изгиб его шеи и вдохнула запах сигарет и мяты, ставший привычным. Медленно прижалась губами к пульсирующей жилке. Рик вздрогнул и сильнее прижал Марию к себе.

Опустив её на кровать, он навис сверху. Мария замерла. Рик смотрел так, будто видел её впервые. Медленно провёл большим пальцем по тонкой брови, переносице, губам. Мария вздрогнула и облизала пересохшие губы.

Он шумно втянул носом воздух и принялся расстёгивать пуговицы её кардигана. Одну. Вторую. Третью. Медленно и мучительно, от чего внутри завязался тугой болезненный узел. Мария тихо застонала, когда холодный воздух коснулся обнажённой кожи.

Тело дрожало от жгучей смеси стыда, страха и предвкушения, но она не пыталась прикрыться. Смотрела на Рика, такого растерянного, жадного. Стонала, когда он целовал её грудь, легко прикусывая затвердевшие соски. Внизу живота разливался невыносимый, тянущий жар. Все желания свелись к одному — чтобы этот момент длился вечность.

Движения стали неторопливей. Горячие, чуть шершавые пальцы исследовали каждый миллиметр её тела. Жар волнами прокатывался по коже, а сердце стучало где-то в горле. Языком Рик провёл влажную дорожку по животу. Дыхание сбилось с ритма. Мария выгнулась, не в силах сдержать громкий стон. Казалось, сейчас реальность взорвётся от искрившего вокруг электричества.

Рик быстро избавился от своей одежды — джинсы, футболка, всё полетело на пол. Он застыл перед ней, открытый, беззащитный, красивый до боли. Мария зажмурилась, закусила губу, пытаясь совладать с бурей внутри.

— Посмотри на меня, — попросил Рик. Его шёпот прозвучал совсем близко. — Посмотри на меня, Мари.

Она открыла глаза.

— Я боюсь, — призналась, едва слышно. — Того, что чувствую… Ужасно боюсь.

— Я тоже, — ответил Рик и поцеловал её в уголок губ.

Когда он вошёл в неё, она вскрикнула. Было больно. По-настоящему больно. Остро. Невыносимо. На глазах выступили слёзы, а из груди вырвался всхлип. Рик замер, давая ей время. Он гладил её лицо, что-то шептал, а после начал двигаться. Сначала медленно, сдерживая себя, затем быстрее. Боль стихла, уступая место тугой наполненности. Каждое движение отдавалось в теле щекочущей волной, заставляя жадно хватать ртом воздух. Пальцы с силой впивались в сильную напряжённую спину. Внутри росло неясное напряжение.

— Громче, — прорычал Рик, когда она в очередной раз всхлипнула, и ускорился. — Да, Мари!

Она не выдержала. Крик вырвался сам — глухой, надрывный. Рик поймал его губами, не сбавляя темп, заставляя чувствовать, как внутри всё сжимается и пульсирует.

Через несколько секунд он вздрогнул и замер, уткнувшись в её плечо. Комнату накрыла тишина. Мария чувствовала, как быстро бьётся его сердце. Или это было её?