Книга Лето надежд, страница 61 – Катарина Херцог

Леди Гарриет на мгновение задумалась.

— Главной героиней могла бы стать блестящая ученая, посвятившая себя изучению и сохранению культурного наследия. Однажды в архиве она находит забытый дневник. Что скажете? — Она выжидающе посмотрела на Энн.

— Замечательно! — Энн надеялась, что ее восклицание прозвучало более воодушевленно, чем она на самом деле чувствовала. Идея, безусловно, была интересной, но не вызвала особого энтузиазма. Работая над историями Поппи Делакруа, она всегда ощущала творческий подъем и вдохновение, но с этим проектом ничего подобного не возникало. — Я обязательно подумаю об этом и свяжусь с вами как можно скорее, — добавила она.

После того как редактор покинула «Винтаж и кутюр», Энн вернулась в подсобное помещение и с досадой посмотрела на свадебное платье.

— Ты явно говорило с леди Гарриет, — пробормотала она. — Тогда почему не открываешься мне?

Изо всех сил она пыталась представить себе женских персонажей, которые могли бы стать главными героинями ее истории: швею Изабеллу, Ханну и ученую, предложенную редактором. Вместо этого перед ее взором возникали совсем другие образы.

Отец Энн отполировал свой темно-синий универсал «Вольво» до блеска, прежде чем отвезти ее в Лисбернский собор. Неоготическая церковь находилась на юге Белфаста, и Рэй с Энн выбрали ее из-за прекрасных садов вокруг.

— Уже нервничаешь? — спросил Эдмунд, помогая дочери выйти из машины.

— Совсем чуть-чуть, — ответила Энн с улыбкой.

— Что ж, тогда пошли. — Он подал ей руку, и вместе они направились к входу. Все гости уже собрались в церкви. Только Саймон, шафер Рэя, все еще стоял снаружи.

— Что ты здесь делаешь? Ждешь кого-то? — спросила Энн.

Он кивнул.

— Рэя.

— Его еще нет? — Эдмунд выглядел раздраженным. — Ты ему звонил?

— Конечно, уже раз двадцать, но он не отвечает, — с досадой ответил Саймон.

У Энн перехватило дыхание.

— Дай мне ключи от машины! — потребовала она у отца. — Мой телефон в бардачке. Вдруг он пытался связаться со мной.

— Я принесу, — сказал отец, но Энн побежала за ним к машине.

Дрожащими руками она разблокировала телефон.

Рэй не написал. Энн позвонила ему, но он не взял трубку.

— Что же нам теперь делать? — спросила она, с трудом сдерживая слезы. Но, не дожидаясь ответа, она бросилась обратно к церкви. Может, Саймон ошибся и Рэй уже там? Может, он просто вошел через другой вход? Да, так и есть! Затаив дыхание, Энн открыла дверь церкви.

Более сотни голов повернулись и вопросительно уставились на нее. Церковь была переполнена, лишь место перед алтарем пустовало. Энн заплакала. Где же Рэй? Она закрыла дверь и снова набрала его номер.

Только с десятого, может быть, одиннадцатого или двенадцатого раза он ответил, и Энн так обрадовалась, что у нее подкосились ноги.

— Слава богу! Я думала, с тобой что-то случилось, — выдохнула она. — Где ты?

— Я не могу, — сказал Рэй, его голос прозвучало подозрительно монотонно.

— Чего ты не можешь?

— Я не могу прийти.

— Что? Почему нет?

— Энн, я не могу жениться на тебе. Я не люблю тебя, я люблю Кэми. Мне очень жаль. — Он повесил трубку.

Колокольчик над дверью возвестил о приходе покупателей. Энн на мгновение зажмурилась, прижимая большой и указательный пальцы к переносице, чтобы сдержать подступающие слезы. Сделав глубокий вдох, она снова открыла глаза — и вздрогнула.