Книга Его неуловимая землянка, страница 9 – Татьяна Гончарова, Елена Сергеева

Я замерла на месте.

Мозг заработал лихорадочно, перебирая варианты, просчитывая, оценивая. Не харды. Точно не харды. У этих нет версов, нет той давящей энергетики, от которой подкашиваются колени. Просто местные. Наёмники.

Выдохнула с некоторым облегчением.

Нет. Слишком рано.

— Где моя сестра? — спросила я, стараясь, чтобы голос не дрожал.

Желтоглазый хмыкнул. Ухмыльнулся шире.

— Смелая, — произнес он с какой-то ленивой похвалой. — Уже неплохо. Твоя сестрёнка, кстати, устроила нам тут настоящую истерику. Кричала, царапалась, даже одного моего парня укусила. Еле успокоили.

У меня внутри всё сжалось в тугой узел.

Катя. Маленькая моя сестричка, которая всегда смотрела на меня как на главную в нашей маленькой семье, которая верила, что старшая сестра всё решит, всё исправит, всё сделает правильно.

Я сжала кулаки так, что ногти впились в ладони.

— Где она? — повторила я, и в голосе прорезалось что-то такое, от чего жёлтые глаза на миг удивлённо прищурились.

— О, — сказал он. — А ты с характером. Это хорошо. Это мы используем.

Мужчина подался вперёд, и свет от лампы упал на его лицо, высветив шрам через всю щёку.

Странный шрам, учитывая возможности местной медицины. Значит, сохранил намеренно.

— Здесь вопросы задаю я, — сказал он угрожающе тихо, так, что у меня резко похолодела спина. — Хочешь увидеть сестру?

Я молчала, боясь выдохнуть.

— Хочешь, чтобы она осталась жива?

Я кивнула коротко один раз.

— Умница. Тогда будешь делать то, что я скажу. Понятно говорю?

Я смотрела в жёлтые жестокие глаза незнакомца и понимала: сейчас решится всё. Сейчас я либо соглашусь, либо потеряю сестру навсегда.

— Понятно. Что нужно делать? — выдавила из себя требуемые слова.

Желтоглазый улыбнулся, довольно и сыто, как обожравшийся мяса хищник.

— Умная девочка, — сказал он. — Садись теперь. Разговор будет долгий.

Я молчала, продолжая стоять и сверлить его взглядом.

— Хочешь увидеть сестру? — продолжил он, и улыбка вернулась, но теперь она была другой — хищной, опасной. — Тогда будешь делать то, что я скажу. Будешь хорошей девочкой. Будешь слушаться. И тогда, возможно, вы обе останетесь живы и даже невредимы.

Возможно.

Это слово прозвучало как пощечина.

— Я сказал — сядь, — резко хлестнул приказ.

Я села на стул.

— Чего вы хотите? — спросила я, стараясь не показать ему мой страх. — Продать нас?

Мужчина рассмеялся. Коротко, каркающе.

— Продать, — повторил он с презрением. — Нет, у меня другие планы на тебя, девочка.

Внутри все сжалось. Что же ему нужно?

А мужчина поднялся с кресла и медленно, вальяжно подошел ко мне. Обошел вокруг, разглядывая, будто товар на рынке. Я сидела, замерев, чувствуя, как по спине течет холодный пот.

— Землянки, — произнес он мечтательно. — Редкий, уникальный товар. Знаешь, сколько вы стоите на черном рынке?

Я знала. Тимур рассказывал.

— Целое состояние, — ответил он сам себе. — А вы тут прячетесь, живете в этой конуре... Это ведь настоящее преступление!

Желтоглазый остановился прямо передо мной.

— Я коллекционер, — сказал он просто. — Собираю редкие вещи. У меня есть картины, скульптуры, артефакты древних цивилизаций... А тут две настоящие, живые землянки. Мечта любого коллекционера.

Меня замутило.

— Мы не вещи, — выдавила я.

— О, конечно, — он усмехнулся. — Вы гораздо лучше. Но даже я понимаю, что не смогу вас оставить себе в коллекцию. А жаль. Жаль, жаль… — притворно посетовал он.