Книга Запретная. Исцеление, страница 52 – Кэти Андрес

Ледяная королева не растаяла. Она просто разбилась вдребезги.

Роман

Я стоял на белоснежной палубе арендованной яхты, методично перебирая и укладывая швартовый конец, пока солнце нещадно палило спину.

В голове до сих пор крутились обрывки прошедшей ночи. Вкус её губ, её горячая кожа, то, как она выгибалась подо мной, выкрикивая мое имя. Я чувствовал себя так, словно после долгих лет блужданий по выжженной пустыне наконец-то сделал первый глоток ледяной воды. Она моя. Сдалась, сломалась, впустила обратно. Теперь дело оставалось за малым: вернуться в Москву и сбросить весь этот глянцевый балласт, который на нее навешали.

Включая того самого балласта, который прямо сейчас стоял рядом со мной и испытывал мои барабанные перепонки на прочность.

— …и я ему говорю: бро, этот бит просто не качает! Нужен жирный басс, чтобы прям сабвуферы рвало! — вещал Тони, активно размахивая руками, отчего его золотые цепи звенели, как бубенцы на корове. — А он мне затирает про какую-то мелодику. Какая мелодика, Ромыч? Мы же делаем стиль! Мы делаем грязь! Согласен?

Я медленно поднял на него глаза, не переставая наматывать трос на локоть.

Слушая его, я всерьез задавался одним-единственным вопросом: он реально такой тупой, или ему за этот образ приплачивают? В его голове хоть одна мысль задерживается дольше трех секунд?

Ни одной нормальной темы, которую можно было бы с ним поддержать. Ни бизнеса, ни спорта, ни банальной логики. Только «вайбы», «флекс» и «биты». И вот за это моя Кира собиралась замуж? Да я бы на её месте через неделю в окно вышел от таких бесед.

— Угу. Грязь, — кивнул я, поддакивая ему с абсолютно непроницаемым лицом, хотя внутри всё кипело от желания выкинуть этого рэпера за борт. Я правда пытался вслушиваться, но это было, блять, просто невозможно.

В этот момент краем глаза я заметил, как по пирсу к нашей яхте цокает каблуками Анжелика. В огромных очках, с пляжной сумкой и лицом таким серьезным, словно она шла на защиту докторской диссертации.

Слава богу. Отличный повод.

— Тони, оставь нас, — бросил я, не меняя тона. — Иди проверь там… запасы льда в баре. Нам с Ликой нужно переговорить.

— Базару ноль, Ромыч! Оставляю вас ворковать, — Тони подмигнул мне, сверкнув винирами, и бодрым шагом ретировался в каюту.

Лика поднялась на борт. Она подошла ко мне, сняла очки и как-то неуверенно переступила с ноги на ногу.

— Привет, — тихо сказала она, присаживаясь на белоснежный кожаный диванчик рядом со мной.

— Привет.

— Где был всю ночь? — её голос дрогнул, пытаясь звучать требовательно, но вышло как-то жалко.

— Рыбачил, — соврал я, не моргнув глазом и даже не отвлекаясь от своего дела. Затягивая последний узел на тросе, я мысленно усмехнулся. Да, рыбалка вышла знатной. Поймал свою золотую рыбку.

Лика тяжело вздохнула, теребя ручки своей сумки.

— Понятно… Слушай, мне нужно кое-что тебе рассказать.

— Слушаю, — я бросил бухту троса на палубу и прислонился поясницей к борту яхты, скрестив руки на груди.

Она подняла на меня глаза, в которых стояла настоящая паника, и выпалила на одном дыхании:

— Я это не планировала, но… я беременна.

Я замер.

Медленно поднял на нее глаза, переваривая услышанное.

Беременна?

В голове тут же щелкнуло. А что, так даже лучше. Это же идеальный расклад. Если эта силиконовая кукла залетела от Тони, значит, помолвке Киры конец. Контракт разлетится к чертям, и мне даже не придется марать руки, чтобы устранить этого клоуна. Они сами себя закопали.